О носах и замка́х стр. 717
вероятно, собиралась в очередной раз отчитать его или обозвать бессердечным.
Сейчас совсем не до нее. Он и так слишком затянул с отправкой этого письма: отчего-то оно давалось ему невероятно тяжело.
Доктор Доу бросил недовольный взгляд на лежащую сбоку стопочку исписанных листов. Это была не первая попытка – все прошлые варианты казались ему неудачными и требовали уточнений.
«Я надеюсь, эти сведения помогут вам арестовать мистера Фиша и его пособников…»– Доктор!
– Да что же это такое! – в сердцах воскликнул Натаниэль Доу, положил ручку и встал из-за стола.
К двери он направился с мыслью, что миссис Трикк просто обязана сейчас лежать внизу, окровавленная, ведь в ином случае он ей сам это устроит. Разумеется, доктор так думал не всерьез – он любил свою экономку, но иногда она становилась исключительно невыносимой.
На выходе из кабинета доктор столкнулся с Джаспером. Тот шел в свою комнату, сжимая в руках свежий выпуск «Романа-с-продолжением».
– Приходил почтальон? – спросил Натаниэль Доу.
Джаспер обиженно промолчал. Не удостоив дядюшку даже коротким взглядом, он скрылся в своей комнате и хлопнул дверью.
Доктор тяжко вздохнул: Джаспер злился на него из-за того, что тот не оставил миллион, а вернул его Ригсбергам. Племянник уже успел придумать, на что потратит «свою» половину денег, и считал поступок дядюшки худшим предательством. Сам же доктор не понимал этого, ведь у него просто не было иного выхода…
Когда он спустился в гостиную, миссис Трикк церемонно заявила:
– Вам пришла посылка. Я ее послушала – внутри ничего не тикает. А еще я ее понюхала – ядом не пахнет.
Сказав это, она удалилась на кухню.
Посылка? И из-за этого его оторвали от работы?!
На журнальном столике лежала небольшая приплюснутая коробка, обернутая коричневой упаковочной бумагой. На ней значилось: «Натаниэлю Френсису Доу, пер. Трокар, № 7, Тремпл-Толл, Габен». Обратного адреса не было.
– Ну, раз уж здесь нет ни бомбы, ни яда… – проворчал доктор – порой его экономка говорила очень странные вещи.
Он развернул бумагу и побледнел. Чего-чего, но такого Натаниэль Доу увидеть не ожидал. Внутри обнаружилась… шоколадная плитка. Кофейную обертку покрывал узор из кленовых и дубовых листьев, по центру стояла извилистая надпись: «Риберриробб. Вкус счастья».
– Только не это… Значит, он все же запустил Машину!
К шоколадке была прицеплена лаконичная записка:
«Немного счастья специально для моего хмурого друга доктора Доу.Доктор возмущенно засопел. Неужели проходимец действительно решил, что он станет это есть?! Нет, не бывать такому!
Натаниэль Доу с отвращением положил шоколадку на стол и направился к лестнице. Наглый, самовлюбленный прохвост, и что он о себе думает?!
Поднявшись на второй этаж, доктор подошел к кабинету и уже взялся за дверную ручку, но поворачивать ее не стал. Он так крепко сжал зубы, что они даже заболели.
Не день, а просто какая-то удручающая беспросветность! Все его ненавидят. Джаспер с ним не разговаривает. Миссис Трикк – сама холодность. Еще и пчела эта треклятая: весь обед ему испортила – то и дело пыталась залезть в тарелку и стащить кусок пирога с грибами. Ко всему прочему и «Хноппиш» до сих пор в ремонте!
И тут еще посылка от Фиша, его очередная насмешка… Как будто этому негодяю мало того, что доктор не только