Библиотека

Огненная земля стр. 126

Размер шрифта
-
+
Тема

Я чую, Звенягина порешили в Новороссийске хоронить.

— Решили в Новороссийске.

— Моряков треба хоронить по-морскому, — строго сказал Рыбалко, — в море. Помню, як Звенягин балакал. Треба выстроить в море корабли, дать салют со всех пушек — и в воду…

— Все хоронить да хоронить, — перебил его Букреев. — Не ту песню завели, Рыбалко.

— Тут и так тоска-кручина, — поддержал командира батальона Котляров.

— Люди просушились? — спросил Букреев.

— Ваш приказ передал, товарищ капитан. Кто у печки, кто на солнце, а кто при кострах. Намокли ночью. Живого места не найдешь. — Рыбалко посмотрел в окошко. — А вот и новый флагман.

Курасов вошел в палисадничек и остановился возле девушек. Его сопровождал Шалунов. Оба они были одеты в только что выданные теплые костюмы из искусственного меха, крытые парусиной хаки, с меховыми квадратами воротников, брошенными за спины, как башлыки.

Заметив появившихся на крылечке Букреева и Рыбалко, Курасов оставил девушек и подошел к ним. Он доложил, что корабли готовы. На пробоины наложили временные пластыри, моторы наладили. Курасов говорил медленно, подыскивая слова, и, казалось, мысли его были очень далеко.

Букрееву вспомнилась их первая встреча на рейде, затянутом туманом, вспомнилось свидание в портовой столовой, когда Курасов под веселые крики товарищей разрезал арбуз.

— Я полагаю, что мы обо всем договорились, товарищ Букреев, — сказал Курасов, — и вы разрешите мне вас покинуть… Сегодня мы во что бы то ни стало форсируем пролив. Немцы спешно подтягивают артиллерию, но ничто им не поможет. Батраков подавил береговые противокатерные батареи. А те батареи, которые будут бить из глубины, мне не так страшны… Не страшны… — Курасов с натугой повторил последнюю фразу, кивнул головой Тане и поднялся.

Таня, оставив подруг, вышла к калитке. Курасов направился с ней вдоль улицы.

Рыбалко вышел из калитки и, задержавшись у огорожи, долго глядел в бинокль на Огненную землю.

Вероятно, горел рыбачий поселок. Дым стлался тяжелыми полосами. Внимание всей Тамани — и солдат проходящих к северу армейских частей, и женщин, и стариков рыбаков — было обращено туда, к высоким берегам Крыма, где сейчас шел бой. Пустой пролив катил косо срезанные, плоские, но высокие волны.

Вдали угадывалась расположенная у темных высот Керчь и южнее — ясно очерченная гора Митридат. От Керченского порта, различимые только в бинокль, шли, прижимаясь к берегам, плоские безмачтовые германские суда. Они шли курсом на Огненную землю.

Глава двадцать восьмая

Высадившиеся части армейской и морской пехоты шестой час сражались на крымской земле. В ночной атаке десантники выбили противника из рыбачьего поселка, из прибрежных дотов и противотанкового рва и захватили высоты впереди рва. Утром наступательный порыв десанта угас. Сил для продвижения не хватало, да и нельзя было отрываться от берега. Десантники отбили две ожесточенные атаки, и немцы готовились к третьей, непрерывно подбрасывая подкрепления из Керчи.

Батраков, принявший командование над батальоном, ни на минуту не покидал передовой линии. Рядом с ним находился Горбань, с изумлением и гордостью наблюдавший своего комиссара в бою. Куда девались его тихий голос и застенчивость? В железной хватке комиссара Горбань почувствовал питерского металлиста, офицера, закаленного в войне. Оправдались слова моряков-ветеранов, неоднократно слышанные Горбанем на биваках: «Вот поглядишь, когда начнется».

Десант высадился между двумя озерами, на бугристое, поднятое террасами побережье, удобное для противника. Враги, закрепившись на

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.