Огни у пирамид стр. 109
совершил ли он страшную ошибку, впустив в празднующий город этих людей. Бородатый воин подошел к старику, парализуя его взглядом жутких глаз, и произнес на ломаном греческом:
— Идти домой, старик. Сказать своим, чтобы тоже идти домой. Кто оружие взять, мы убивать. Горло резать, на кол сажать, кожу сдирать. Сказать баранам этолийским этим, что Царский отряд прийти, сдаваться пусть. Кто дома сидеть, целым быть. Бабы тоже целый быть. Воины даже битый горшок не брать. Наследник так сказать, слово дороже золото есть. Если воины войдут, то не успеть. Дурак глупый пьяный драться, мы убивать. Если понять, то идти быстро. Бегом надо.
Старик понятливо кивнул, ведь именно это ему и сказал Меандр. Он устремился по улице со скоростью, удивительной для его почтенных лет, а в распахнутые ворота, глухо бряцая амуницией, заходила тяжелая пехота и эламские лучники.
Все закончилось к полудню, когда единичные отряды несдавшихся этолийцев еще добивали. К остальным бесстрашно подошел Меандр с отрезанной головой Архелая, и сказал, что власть в городе переменилась. Их контракт будет оплачен, но они должны уйти из города. Под личное слово наследника хмурые гоплиты вышли из Сиракуз, ожидая переправки на остров. Там они вольны были делать все, что заблагорассудится. Впрочем, на севере Сицилии процветал Наксос, основанный выходцами с одноименного острова в Эгейском море, поэтому добраться домой или перебраться в соседнюю Италию они могли без особенных проблем.
Наследник Тейисп принял крайне необычное решение. Собравшимся горожанам он объявил, что великий царь Ахемен берет город под свою руку навечно. Жители будут подчиняться законам Империи, и этими же законами будут защищены. Управлять городом и прилегающими окрестностями он назначил Меандра, лично надев ему на шею цепь азата. Но тут он сделал то, чего не было ни разу.
— Добрые жители. Я назначил этого человека, потому что он возглавил вас в вашей борьбе. Если у вас есть возражения, то я готов услышать ваш голос. И если большая часть горожан выступит против, то вы вольны избрать себе того человека, который будет вам любезен.
Горожане одобрительно зашумели, а Хумбан-Ундаш выпучил глаза в изумлении, а потом зажмурился, представив реакцию повелителя. Стоявший рядом Наби прошипел:
— Великий, я в восхищении. С этим народом надо поступать именно так. Наследник дал им выбор, не давая его. Он, воистину, мудр.
Далее наследник удивил еще больше. Он наделил полными правами сикулов, и пожаловал им те земли, что они обрабатывали. Собственно, те уже об этом знали, потому что персы стояли лагерем около их земель.
Тут довольны были не все. Многие из горожан, убивших гаморов, хотели стать гаморами сами. Ведь убивший дракона сам становится драконом, эту старую истину никто не отменял. Следующим указом Тейисп освободил всех, кто попал в рабство за долги, и это тоже понравилось далеко не всем. Но деваться уже было некуда, гоплиты были убиты или изгнаны, а в городе стоял персидский гарнизон. Наследник Тейисп благоразумно не стал рассказывать про наказания, которые были в Империи за неуплату налогов. Эту честь он предоставит потом азату Сиракуз. Свежепринятым жуликоватым подданным придется узнавать суровость порядков своей новой Родины самостоятельно. Здравствуй, новая жизнь!
В то же время. Гордион. Фригия— Переговоры! — всадник, державший ветки в руках, подскакал к столице.
На