Омут его глаз стр. 22
Сложно высказать то, на что указывало чутье. Неужели Дерек не преувеличивал, когда говорил, что герцога не любят собственные подданные?
Примерив платье, я выбрала три смены белья – простого, без кружева. Охранники деликатно стояли у входа и почти не пялились. Только молодой вояка пытался заигрывать с хорошенькой продавщицей, подмигивая и улыбаясь, когда она проходила мимо.
Расплатившись, я уже подошла к своему сопровождению, когда одна из продавщиц выскочила из-за прилавка с большим флаконом духов в руках.
– Госпожа! Этот аромат создан специально для вас. Взгляните!
Предлагать зельевару духи? Это чересчур даже для провинциальных продавцов. О том, кто я и зачем приехала в замок, знали даже нищие в Сарэксе, как просветил мимоходом ветеран.
– Благодарю, не надо, я сама создаю ароматы.
Взволнованная девица не обратила на мои слова никакого внимания – выдернула из флакона хрустальную крышечку и будто провела ею в воздухе дугу – капельки духов полетели в нас.
Подстава… нападение!
Я даже вскрикнуть не успела, не то, что отбиться. Потеряла сознание, как и воины, когда «духи» попали на кожу.
Очнулась уже в телеге, грохочущей по мостовой.
Не сразу определила, что везут меня среди тюков с чем-то мягким. Связанные руки, кляп во рту не позволили ни чаровать, ни позвать на помощь. Мне оставалось только прислушиваться к звукам, раздающимся вокруг, кроме шелеста ткани. Нас без проблем выпустили из города – стража лишь спросила, куда и что везут.
Судя по ухабам, на которых мы подпрыгивали, съехали с королевского тракта на проселочную дорогу, ведущую в зачарованный лес. Если останавливаться не будут, то проедут по нему быстро и легко – по договору, нечисть не трогала путешественников, которые не творили бесчинства. И лесной владыка строго следил за этим.
Так близко оказаться к Дубраву и не иметь возможности позвать его на помощь!.. Разве что уснуть? Мысль дельная, но невыполнимая.
Вскоре телега остановилась.
– Так-так-так… И кто это у нас тут такой наглый? Кто тянет свои ручонки к чужому проклятию? – надо мной прозвучал торжествующий голос женщины. Я бы даже сказала голос ехидный и злорадствующий. – Не ты прокляла, не тебе проклятие разрушать!
Пока меня выкапывали из-под тюков с тряпками, я постаралась приготовиться к самому плохому исходу событий – драки за свою жизнь. Я не боевой маг, без своих зелий почти не могу себя защитить, но биться буду до последнего.
Сразу я не смогла разглядеть похитителей – солнце било в глаза, но как только привыкла к яркому свету, я рассмотрела женщину средних лет – миловидная, в дорожном платье шатенка почему-то выглядела растерянной.
– Госпожа, ее уже можно кокнуть? Или отвести подальше? – вклинился в наши гляделки лысый мужик.
Женщина раздраженно дернула плечом.
– Помолчи, Рэдж. Я думаю.
– А что тут думать? По маковке – и в речку! – возразил жестокий подельник.
Шатенка отмахнулась от его совета и, выдернув кляп из моего рта, требовательно спросила:
– Ты кто? К какому ковену принадлежишь?
Я опешила, если это возможно в сложившейся ситуации. Абсурд какой-то… меня снова принимают за ведьму!
– Я зельевар, учусь в королевском университете магии.
– Врет, госпожа! – воскликнул лысый пораженно. – Теперь и я вижу в ней ведьминское начало.
Ух ты! Даже такое есть?
Темноволосая женщина ничем не напоминала представительницу ковена – ни яркой красоты, ни сверкающих глаз. Зря, выходит, я пила зелье в зачарованном лесу, стараясь походить на ведьму?..
– Отпустите меня, пожалуйста… Я всего лишь студентка, жить хочу… Обещаю, что не сдам Сарэксу, и вы сможете выехать из герцогства спокойно.
– Деточка, мы на тракте в зачарованном лесу! – Мужчина расхохотался. – Герцога здесь не любят, и он не рискнет сюда сунуться даже ради своего зельевара – проще найти другого.
– Заткнись, Рэдж!
Женщина шагнула вперед и вытянула руку – сорвавшиеся с нее серебристые искорки безболезненно окутали меня плотным облаком. Мгновение – и оно развеялось.
– Мать честная, – прошептала шатенка и, ничего не объясняя, бросилась к телеге, где принялась рыться, что-то выискивая под тюками.
Лысый восхищенно присвистнул:
– Так ты из наших?.. Ну, и хорошо, что не придется убивать – не люблю я это мокрое дело.
Выходит, мне