Операция «Пепел» стр. 309
проводники попрятались. Зато теперь Шкабрин знал точное направление дальнейшего преследования.
На бегу, пока их скрывали вагоны, лейтенант инструктировал сержантов:
– Под пули не лезть, на тот свет не спешите, успеется. У них минимум три «макарова», как и у нас… Силы равные, так что не мандражите, ребята… Но у них преимущество – темнота, и могут засесть за укрытием… напороться раз плюнуть… Ничего, парни, пробьемся. Из поселка они все равно не уйдут. Сейчас местную милицию поднимем… Лис по рации подмогу вызовет… Надо навязать им перестрелку, задержать здесь… потянуть время.
Обогнув последний вагон, преследователи сразу же увидели одинокую, прихрамывающую на правую ногу фигуру: Мормышка в самом деле спрыгнул из вагона неудачно – было высоко, да и темно, нога подвернулась и, кажется, уже опухла, отекла, ступать на нее было больно…
Фигура пересекла асфальтированную дорогу, идущую у самых домов вдоль поселка. Дорогу освещали довольно мощные электрические лампы, поселок жил вполне цивилизованной жизнью, освещался сносно.
– Стой! – крикнул Шкабрин. – Стреляем!
В ответ ему один за другим прозвучали выстрелы, над головой милиционеров просвистели пули, и они, все трое, инстинктивно попадали на землю, также стреляя. Никто из них ранен не был: попасть из «макарова» в темноте или при плохом освещении, да еще на приличном расстоянии – дело непростое. И все же из трех пистолетов какие-то пули цапнули эту мужскую шкандыбающую фигуру, и человек, едва пересекший асфальт, вскрикнул и свалился по ту сторону дороги.
– Вперед! – снова скомандовал Шкабрин. – Жуков – обходи слева, осторожней, вдоль забора. Белогорцев… ты перебежками, до того сарая, видишь? Я – по центру. Надо бы нам этого подстреленного живьем взять.
– Не стреляйте! Не стреляйте! – закричал Мормышка, видя, что его окружают с трех сторон. Приподнявшись, с силой бросил на освещенный асфальт свой «макаров». Воевать больше он не собирался, правой ноге не повезло еще раз: минимум две пули сидели в бедре и голени, какое тут может быть сопротивление? Добьют менты, да и все.
Шкабрин и сержанты подбежали к Мормышке. Лейтенант сейчас же ткнул ему пистолетом в лоб:
– Ну! Быстро! Кто такие? Имена тех двоих! Зачем были в поезде? Куда побежали? Говори!
– Это Котляр… Костомаровский завод цветных металлов… Мы… мы…
– Ну! Живее!
– Хищение у нас было…
– Золото, что ли?
– Да, слитки.
– Вы что: из службы безопасности?
– Ну… вроде того. – Мормышка невольно охнул, схватился за ногу – кровь обильно текла из ран.
– В поезд его, живо! – распорядился лейтенант, несколько смущенный сообщением Мормышки: чего это ради сотрудники службы безопасности завода, если они таковыми являются в действительности, стали бы вести себя как настоящие уголовники?
Придумал все это колченогий, придумал! Это, конечно, сообщники того, Полуянова, а «погоня за расхитителями слитков» – легенда.
Нужно задержать и тех двоих. Во что бы то ни стало!
Белогорцев, подняв Мормышку с земли, повел его, прыгающего на одной ноге, к поезду, а Шкабрин с Жуковым ринулись к центру спящего поселка, в ту сторону, куда побежали двое «хулиганов». Тени их мелькнули под одним из уличных фонарей.
Догнать беглецов милиционеры не сумели. Буквально у них на глазах, в каких-то двухстах метрах, Настоящий Полковник и Колун выскочили наперерез неспешно катящемуся белому «Москвичу-2141», выкинули из машины парочку, парня и девушку, и, развернувшись, с визгом умчались в