По обе стороны времени стр. 308
генерирует, но не белых птиц, а серых драконов. Тёмную энергию! Мгновенно вспомнился большой дракон, погнавшийся за белой птицей из развалин театра, а Янусов-то – директор театра! Не он ли создатель того дракона? Думали, что хозяин, а он – создатель! Если да, то что теперь делать ему, Севе, со своей пернатой? Как её спрятать, пока не случилось беды?
Эти мысли вихрем пронеслись в голове Севы. И кто знает, может быть, повлияли они, может, по какой другой причине, но и голова с огненными глазами, и белое перо с чёрной оторочкой одновременно скрылись под рубашками. А Сева и Янусов также одновременно облегчённо вздохнули и переглянулись.
– Я засёк время отключения, – сказал Янусов.
– Зачем? – удивился Сева. – Настраиваться надо по их часам.
– Я по ним и засёк. Ты не заметил часы на камине? Они показывали пять часов двадцать минут. Судя по темноте за окнами, там был вечер. Это может пригодиться?
– Может. Если всё-таки решим выходить на связь, это будет реперная точка.
– Какая точка?! – не понял Владимир Николаевич.
– Ну, иначе сказать – опорная. Дату мы знаем, а по часам можно ориентироваться в сутках. Давайте только договоримся, что делать дальше. Из чего исходить, на какое время настраиваться. И стоит ли вообще настраиваться?
– По-моему, выбор у нас небольшой. Наш Воскобойников после этого, – Янусов кивнул на пространство кабинета, – либо жив и пользуется доверием своих предков, либо они ему по-прежнему не верят с соответствующими последствиями. Для последнего у них есть основания: Пантелей же объявил его циркачом-манипулятором.
– Ишь ты, Янусов, каков! – восхитился в смотровой Владыкин. – Ему надо не театром руководить, а в уголовке служить. Такой аналитик пропадает!
– Без Балагулов, по-моему, нам не обойтись, – подумав, сказал Сева.
– Кто такие? – спросил Владимир Николаевич. – И почему без них не обойтись
– Они могут всё! Они – маги и волшебники.
– Я в эту чушь не верю!
– А в видеохрон поверили?
– Это наука и техника, а магия – антинаучна!
– Может быть, и так, но она действует.
– В магию не поверю, пока не увижу собственными глазами, – стоял на своем директор театра. И тут же добавил: – Впрочем, и тогда не поверю.
– Можете не верить, дело ваше. Между прочим, в вашем доме нечистью пахло.
– Какой ещё нечистью?! Что ты мелешь?! – взорвался Янусов. – Крысами, что ли?!
Сева так внимательно посмотрел на него, что тот неожиданно для самого себя смутился:
– Извини. Но, согласись, твои слова тоже выходят за рамки.
– Проехали. Но вопрос остаётся: мы будем пробовать вернуть Воскобойникова через видеохрон?
– А гарантии безопасности? Прошлый раз отделались травмами. Нам нужен ещё и летальный исход?
– Вот поэтому повторяю, – с нажимом сказал Сева, – без Балагулов не обойтись.
Внезапно в кабинете резко потемнело. Янусов и Сева одновременно взглянули на окно. За двойными стёклами клубилось что-то тёмно-серое, почти чёрное, красными проблесками напоминающее упавшую с небес тучу, насыщенную электричеством. И клубоворот этот вдруг сопроводился пронзительным свистом, от которого заложило уши.
– Закрой глаза и не двигайся, что бы ни случилось, – резко сказал Янусов и осторожно двинулся к окну.
– Это опасно! – сдавленным, как от испуга, голосом просипел Сева.
– Делай, что сказано! – рявкнул директор театра.
Владыкин и Дроздов, сидя у монитора, видели, как он оглянулся, наверное, чтобы убедиться в выполнении команды, потом дотянулся до