По обе стороны времени стр. 327
Сгорел.
– А имя Феликс Чумаков вам не знакомо? – подал голос Рамон.
Воскобойников кивнул:
– Знакомо. Нас вместе сюда переправляли, но я с прадедом остался в Угорье, а он поначалу с нами был, но потом узнал, что казаки основали станицу Ново-Благолепинскую, и туда ушёл. Там командиром полковник Цурканов, его старинный почитатель ещё с тех пор, как Чумаков стихи писал и спектакли ставил. Только тут он уже ничем таким не занимался, говорил, что талант покинул его…
– Ну что же, – сказал Яков Иванович, – всё ясно-понятно. Значит, ваше окончательное решение, Григорий Емельянович?
– Я остаюсь. Окончательно!
– Что ж, прощайте. Не поминайте меня лихом.
– За что? – искренне удивился Воскобойников. – Вы нас тогда спасли от расстрела, здесь мы обрели покой… Относительный, конечно. Вот война с нечистью случилась, ну так что поделаешь? – Помолчал немного и заключил: – Прощайте!
Провожать он не пошёл.
Выйдя на вечернюю улицу, по которой сновали люди, конные повозки, где вообще царило оживление, искатели остановились: что делать дальше?
– Моя миссия завершилась, – сказал невидимка. – Кто пойдёт искать Чумакова, решайте сами. Лично я оставил бы его в покое.
– Мы пойдём, – заявила Варя. – Дело нужно доводить до конца, иначе и заниматься не стоит. Только надо где-то переночевать.
– Видела я здесь «Дом для приезжих», – сказала Барбара. – Кент, у тебя деньги есть?
– Найдутся, – откликнулся тот.
– Ну ладно, зовите, если что, – сказал Яков Иванович. – Майор мне про Янусова поведал, так что будьте начеку.
И они разошлись.
Глава 27,в которой всё сходится, но идти надо дальшеУтром на попутном грузовичке искатели добрались до Ново-Благолепинской.
На первый взгляд станица представляла унылое зрелище. На свежих, ещё дымящихся пепелищах торчали трубы печей, обгорели и обуглились многие деревья. Более или менее сохранилось четыре дома, на одном из которых висел чёрно-жёлто-белый флаг – видимо, там находилось станичное правление.
Однако жизнь не замерла. На краю Ново-Благолепинской белели большие палатки, ставшие пристанищем для погорельцев. Играя, бегали ребятишки; взрослые занимались строительством. Подъезжали и разгружались самосвалы со строительными материалами. Венец к венцу росли новые срубы. Стучали топоры и молотки, визжали пилы, крутились бетономешалки. Из репродуктора на столбе звучала весёлая музыка.
Грузовичок высадил пассажиров возле правления и укатил дальше, в сторону Благолепинска. Пока они разминали затёкшие ноги, их заметили.
– Кеша, Барбара! – набежали с обнимашками девушки и парни, окружили, затормошили.
– Что тут у вас случилось? Что за пожар? – были первые вопросы новоприбывших.
Ответы посыпались наперебой:
– Последняя атака элементёров. Вчера после обеда налетели – туча тучей. Командовал ими какой-то псевдочеловек, у него был аппарат с мощным тепловым лучом. Он и сжёг станицу.
– Янусов, – помрачнел Кент. – Ну и как вы?
– Отбились!..
– Не только отбились, но и рассеяли почти всех. Твоими заклинаниями, Барбара…
– И командира ихнего подстрелили. Жаль, не до конца: исчез куда-то…
– Точно, Янусов, – вздохнул Сева. – Жёг станицу вандлером.
А станичная молодёжь продолжала тормошить своих боевых друзей.
– Это надолго, – сказал Рамон. – Пошли в правление.
Оставив Кента и Барбару, они поднялись на крыльцо. Рамон хотел постучать, но дверь распахнулась навстречу сама и наружу вышел…
– Владимир Ильич! – в голос ахнули Варя и Даша. – Вы-то как здесь оказались?
Хасанов, а это был именно он, присмотрелся и улыбнулся:
– Это вы, милые барышни! Если не ошибаюсь, Даша и Варя? Какая неожиданная и приятная встреча!