Под крыльями Босфор стр. 172
обиходил, напоил потом тёплой водой, в торбе овса задал.
Утром пошли потихонечку дальше. Маяковский так и не очнулся, и это плохо. А Миша зашевелился, периодически с фанерки в снег спрыгивал и старался хоть немного пешочком пройтись. А догнали нас как раз к обеду…
Погоню, как ни удивительно, заметил потихонечку начинавший приходить в себя штурман. Окликнул нас с Семёном, показал куда-то вниз. Ну мы и присмотрелись, как смогли. Солнце яркое, от снега отражается, слепи́т глаза, заставляет щуриться всё время. Тем не менее разглядели внизу чёрные точки. Не радует, что погоня на лошадях. Через час, другой нас и нагонят. А до перевала нам идти ещё столько же, час или два, если выдержим. Потому как сил больше нет. И лошадка заморилась, нужно привал устраивать.
Быстро воду вскипятили, чаёк заварили. Перекусили, отдышались, в себя пришли. Пора. Тут я Семёна и озадачил:
– Бери карту и уводи людей. Это приказ! – оборвал начавшиеся было возражения. Помолчал, выдохнул. – Кроме тебя с этим никто не справится. Всем это понятно?
Инженер, да и штурман только головами кивнули. Штурман, правда, сразу сморщился, зашипел от боли. Сотрясение дало о себе знать.
– Командир, – попытался что-то сказать Миша, но был мной сразу же оборван.
– Так нужно. И по-другому никак! Да вы и сами это прекрасно понимаете…
Понимают. Каждому заглянул в глаза, с каждым простился. Всё… Поторопил Семёна:
– Документы мои забери. Джунковскому лично в руки отдашь. Эти немцы за мной идут. Вы им не интересны. Всё, прощай. Не теряйте времени!
Это место мне сразу приглянулось. Здесь долинка сужается, дорога наша резко вверх поднимается, да с двух сторон огромными елями сдавливается. Вот как раз за одной из них я себе позицию и облюбовал. Слева и справа меня тяжело будет обойти. Всё вижу. Значит, всё и простреливаться будет.
Сняли с Семёном «Максим», отнесли под ель. А тут бугор непонятный. Разгребли снег. Муравейник оказался. Простите, мураши, но у меня выхода нет. А за такой подарок спасибо. Разворошили верхушку, пулемёт установили. Жаль, что щитка нет. Семён уже и короба с лентами принёс.
Кивнул товарищам, попрощался то есть, отвернулся, улёгся на разбросанную хвою муравейника. Нечего тут рассусоливать!
За спиной снег заскрипел, полозья запищали. Не выдерживаю и всё-таки оглядываюсь. Уходят в тишине и молчании мои друзья, скрываются среди деревьев за изгибом дороги.
Лежать и просто так дожидаться противника не стал. Проверил патроны в револьвере, убрал его на место. «Маузер» к кобуре пристегнул, рядышком аккуратно положил. Спустился вниз, осмотрел ещё раз склоны. Ну нет у меня желания здесь и сейчас умирать. Если что, постараюсь уйти на вон тот склон. Деревьями прикроюсь, а там что-то вроде небольшой складки, ложбинки имеется. Вверх по ней и буду пробираться. Так что не всё так печально, побарахтаемся ещё! Только нужно будет постараться каким-то образом погоню за собой увлечь… И самолёты в небе ещё мешаются…
Вернулся назад, утоптал снег на ту сторону дороги, устроил лёжку за стволом дерева. Запасная позиция. Отсюда и отступать буду к той ложбинке. Заодно и в ту сторону прошёлся немного. Пусть на начальном этапе хоть такая тропка будет, всё меньше сил и времени на отход понадобится.
Улёгся в тёплый муравейник, устроился поудобнее. Пока есть