Поглощенные туманом стр. 121
красной точкой. Она знает, чем это грозит.
– Ты убил таксиста? – выдыхает она, стараясь отвлечь его.
Но не выходит. Габриэль наклоняется к ней и прижигает нежную кожу на груди. Ника кричит, взмахивает руками и получает еще одну оплеуху. Кровь наполняет рот, и она сплевывает на пол. Съеживается в комок, стараясь прикрыться, но грудь горит огнем, там, где на ней алеет точка.
Габриэль удовлетворенно закуривает.
– Разумеется нет. У меня не было времени заметать лишние следы. Я оставил ему записку, и если он умный парень, то, как только очнется, забудет обо всем. Твои вещи я забрал. Так что думаю, он давно дома. В любом случае если заявят о твоем исчезновении, то все проблемы падут на графа. Официально я отдыхаю в другом городе. Меня нет. Я – призрак.
Которого вижу только я.А следующая мысль не менее страшная.
Я умру.– Почему я? Ты три года ждал, чтобы заполучить меня? Неужели только из‑за мести?
– Почему? – Габриэль скалится, обнажая ядовито‑белые зубы. – Месть, конечно, самое сладкое чувство на свете, но твой побег не давал мне покоя. Знаешь, я ведь тоже человек, у которого есть страхи. Я не мог жить, зная, что остался живой свидетель моим «забавам».
– Но ты ведь не убийца, ты сам сказал.
– Нет, – мужчина хватает ее за волосы и прижимает к себе спиной, – но я делаю так, что мои «игрушки» убивают себя сами, – горячо шепчет он. Острые пальцы скользят по коже, оставляя красные следы. – Ты – моя. Моя! И никакой граф не смеет касаться тебя.
Он дергает волосы вниз, и Ника падает на колени, а горло пересыхает от крика.
– Умоляй меня! Умоляй! – орет Габриэль, и слюна брызжет во все стороны.
– Отпусти, прошу…
Ника не понимает, плачет она, или рыдает, или кричит, или сходит с ума. От боли перед глазами прыгают солнечные круги. Габриэль вновь поднимает ее на ноги, и следующий удар приходится под ребра. Потом его пальцы обхватывают шею Ники и сжимаются железным обручем. Сдавленный хрип рвется с губ, давление бьет по глазам, и голова будто разрывается.
Он отпускает ее, и Ника, подкошенная, падает на диван, давясь кашлем.
Она в ловушке, она в ловушке, она в ловушке…
– Кто здесь? – рявкает Габриэль и щурится в сторону двери, которая прячется в углу комнаты.
Тихий вздох выдает присутствие женщины. И Ника чувствует знакомый древесно‑сладкий аромат духов.
– Вы так и не поняли, Габриэль. Со мной не торгуются.
Тихий выстрел сшибает мужчину наземь. Ника с ужасом смотрит, как лужа крови расплывается вокруг головы Габриэля. Нож так и остается в стиснутых пальцах мужчины. Чувство дежавю накатывает волной.
– Он жив, – хрипит Ника.
– Не думаю. Мой пистолет хоть и маленький, но с такого расстояния весьма смертелен. – Из темноты выходит женщина, в руках сжимая дамский пистолет.
– Джианна? – Ника не понимает, от чего дрожит. От облегчения, что все закончилось. Или от страха, что все только начинается.
Графиня хмыкает и с презрительной улыбкой качает головой:
– Я думала, вы умнее, Ника. А вы – простодушны так же, как и Стефано.
Глава 29. Судьба в подарок
Один мучитель сменился на другого. Так просто.
Стяжки продолжают сжимать запястья, вырисовывая на них саднящие полосы. Ноги занемели. Саднят царапины, губы разбиты