Поглощенные туманом стр. 122
в кровь, ожог на груди напоминает о себе тупой болью. На плечи наброшен колкий плед, чтобы прикрыть разорванную одежду.
За окном автомобиля на небе, усеянном белесыми облаками, горит яркий круг солнца, но совсем недавно Ника видела, как занимается рассвет и робкими лучами прогоняет тьму.
Периодически усталость наваливается на Нику, и она теряется в полудреме от усталости, не понимая, где находится. Но резкое пробуждение не заставляет себя ждать. И она вспоминает все, что с ней произошло.
– Скоро приедем, – сухо бросает Паола, когда Ника в очередной раз открывает глаза.
Она щурится. Разглядывает каменный профиль Анджело, видит спутанные локоны графини. Холод пробирает до кожи. В женщине не осталось ничего от Паолы и еще меньше от Джианны. Что‑то среднее, собирающее в себе все пороки.
Ника тихо выдыхает и снова проваливается в злую дремоту, где подсознание играет с ней в жестокие игры. Стефано замуровывает ее в стене, но почти сразу камни крошатся, и она видит Габриэля с простреленной головой, а позади маячит Паола, которая двоится перед глазами.
Когда Ника выныривает, солнце уже превратилось в золотую нить, протянувшуюся вдоль горизонта. Бесконечная трасса, которая сливалась за окном в серую массу, сменилась на узкие улицы крохотного городка. А затем Ника видит знакомую петлистую дорогу и замок на вершине холма. Его темные окна напоминают пустые глазницы жертв Итальянского Потрошителя.
Ника снова смотрит на Паолу и поражается тому, чего не видела раньше. Словно знакомится с графиней заново, отыскивая недостающие элементы.
Женщина вошла в логово Габриэля одна, оставила ждать Анджело в машине. И нажала на курок собственноручно. Внутри все сжимается от холода. Как ласковая и улыбчивая Паола могла сочетать в себе подобное хладнокровие? И почему она притворилась Джианной? Что произошло той ночью, когда младшая сестра полетела на дно колодца?
– Осуждаешь? – Графиня ловит беглый взгляд Ники в зеркале заднего вида. Впервые в образе Паолы она переходит с ней на презрительное «ты». – Зря. Ты даже не знаешь всей правды. Не знаешь, каково жить и ненавидеть свою сестру только потому, что тебе посчастливилось родиться на пару минут раньше.
– Ты права, – Ника поджимает губы. Она устала. Безумно устала от игр. – Я абсолютно не понимаю, что происходит. Как ты нашла меня? Откуда знаешь Габриэля?
Она пытается высвободиться из пут, но стяжки прочнее железа. Только плед съезжает с груди, оголяя ожог.
Паола хохочет, на лице Анджело таится легкая улыбка. Извилистая дорога почти заканчивается. Скоро они приедут к замку, а возле ворот должна ждать охрана, и, возможно, тогда у Ники появится шанс освободиться.
– Габриэль – механизм, который крутил шестеренки, хотя я об этом не знала. – Смех графини обрывается. – Сначала я не понимала, откуда он знает о тебе, а потом вернулась моя непутевая сестра, и все стало на свои места. Только Джианна могла влюбиться в садиста. Впрочем, он весьма ловко ее окрутил, я даже не могу обвинить наивное женское сердце. А нашла я тебя просто. – Паола поворачивается к Нике и кивает на чимаруту. – Как только я поняла, что ты нужна не только мне, то подарила тебе сувенир с gps‑трекером. Конечно, был риск, что ты не станешь его носить. На этот счет был запасной план. Но мне повезло.
Ника молчит.