Библиотека

Последний удар сердца стр. 28

Размер шрифта
-
+
Тема

то верно.

Проехали пару кварталов, свернули к парку. Свой огромный джип Голубинский поставил прямо на тротуаре, легко взъехав на высокий бордюр.

— Короче, — прерывисто вздохнул он. — Когда кокс перестал на зоны поступать, то ему тут же ушлые морды решили устроить замену. Вчера в медсанчасти одного из СИЗО партию героина обнаружили. Все запаяно в ампулы, вроде бы инсулин. Представляешь?

— А как все началось?

— Один сиделец дуба ночью врезал. Херово стало. Не откачали. Ну, как положено, вскрытие. Кто ж знал? Заключение — передозировка героина. Патологоанатома никто же не предупредил.

— И что, ход делу дали? — ужаснулся Сохатый.

— Слава богу, вовремя мне доложили. Я и вмешался. Медзаключение мигом переделали на банальное отравление продуктами из передачи. Надежные люди осторожно «копать» начали. Оказалось, это мой заместитель решил свой канал поставок открыть в обход меня.

— Полкан Панкратов? — изумился Сахно.

— Он самый. Никто еще об этом не знает. Только я и двое моих людей из тех, кто до правды докопался. А они молчать умеют. И что теперь мне с этим делать?

— Ты с ним поговори, объясни, что не по понятиям такое творить, — предложил Мотя. — С «герычем» вечно проблемы.

— У меня другие планы на его счет есть. Но о них позже. Как братва на то, что кокс из оборота исчез, реагирует? — живо поинтересовался Голубинский.

— Как-как? Справедливо реагирует. Бухтят. На последнем сходняке меня предупредили, если кокс не вернется, пару кровавых бунтов по зонам организуют. Не усидеть тогда тебе в кресле. Месяц сроку дали.

— Дела, — совсем расстроился новоиспеченный генерал ФСИН. — А кто «герыч» этому ублюдку-полкану — моему заму поставил, узнать сможешь?

— Раскопаю. Братва сама его с потрохами сдаст и показательно разберется. Потому как они с твоим замом Панкратовым гнилое дело затеяли. Канал-то с «узким горлом» организовали. Только под себя дело заточили. А тут обязательно делиться надо, иначе никак.

— Месяц сроку дали, — почесал за ухом Голубинский. — Может, пока послабление временное сделать, позволить мелким гражданским поставщикам на наш закрытый рынок попасть со своим коксом?

— Где временное позволишь, там оно постоянным сделается, — тут же отмел такую возможность Сохатый. — Потом ты их уже не уберешь. Связями в тюремной среде обрастут, и прощай наш бизнес. Тебе это надо? Мне — нет. Весь процесс мигом из-под контроля выпадет.

— Выйдут на нас те, кто Шпалу и других завалил. Обязательно выйдут. У них только один хвост есть — поставщики кокаина. Остальное за нами. Негде им кокс в бабки перемолотить. Мы — то звено в цепи, без которого им не обойтись. На нас все замкнется.

— Тогда чего ждут?

— Цену себе набивают, чтобы у нас уже совсем безвыходка получилась, и мы на их лядские условия согласились. Понял?

— Не дурак, жизнь знаю, — Сохатый звучно хмыкнул. — А если они не на тебя, а на твоего зама выйдут? Да и в блатном мире мне замену подыскать могут. Желающих откусить от жирного пирога кусок побольше много.

Голубинский задумался, словно рассуждал, стоит ли говорить о чем-то Сахно, затем решился.

— Звонок странный в «Трастсанбанк» был на служебный Коляна Шпалы, баба звонила, покойного спрашивала, — произнес он. — Этот номер, кстати, ни в одном справочнике не числится, и из базы данных ты его не выковыряешь. Его Шпала только самым нужным людям давал. А они, как ты понимаешь, о его смерти все уже знают.

— Может, любовница из бывших? —

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.