Поводырь (СИ) стр. 50
ароматный, адски черный и сладкий. И повелся. Захотелось. Первый кофе за миллиард лет — кто бы отказался? Да еще с блинами. Артемка сказал — масленичная неделя началась. Нужно есть блины! Я что против? Я блины вообще забыл когда ел… Но и тут убили — поинтересовались: какие именно я блины предпочитаю. Чугунные, блин! Они что, какие-то другие бывают? Квадратные, ёпрст, давайте! Оказалось — это я в своем двадцать первом веке немцем был, а не здесь. Сдобные, масляные, белые, ржаные, гречишные — мало? С грибами, с икрой, с медом, с ягодами, с вареньем, со взбитым масляным и сметанным кремом… С печенью, муксунячьей струганиной… Зайчатиной, свининой, лосятиной, говядиной и кониной… Макать в сметану? Фу, какой дурной вкус. Неприкольно! В высших домах Лондона и Парижа давно изволят макать в патоку…
Встретил бы большевика — голыми бы руками удавил! Это же надо — этакую кулинарную культуру разрушить. И что взамен? Профсоюзное «масло» и картонные котлеты в столовках? Про рыбный день имени Минтая напомнить? Как начнется пост — напомню. Они ж тут и в пост голодом сидеть не станут…
Просмотрел газеты. В «ТВГ» заинтересовало объявление некоего мещанина Акулова об открытии в своем доме «Справочного места». Всякий желающий сдать жилье в наем или ищущий найма мастер мог придти и оставить весть о себе. Другие же приглашались смотреть списки предложений по классам… Интересно, он сам понял, что изобрел «Доску Объявлений»? Нужно будет предложить ему совместно издавать газету частных объявлений. Успех гарантирован…
Томское благородное собрание переехало из Загородной рощи в дом Горохова на Почтампской улице. По сему случаю был дан бал… Избави Господи!
В конце января скончался старец Федор Кузьмич. Похоронен на кладбище Алексеевского монастыря при большом скоплении народа. Ух ты! Кто ж из коренных Томичей не знает легенду о старце. Вот он когда оказывается жил. И умер. Жаль, очень жаль не довелось встретиться. Интереснейший должно быть был человек. Тебе, Герочка, расскажу как смогу, чтоб знал — не на край света едем. Вон какие люди у нас в Томске не брезговали проживать!
С чего бы начать… В общем жил-был царь Александр I. Тот самый, что с Наполеоном сначала дружил, потом воевал. При этом царе казачий генерал Платов два года комендантом Парижа служил… Но это так, к слову.
В общем, однажды случилось этому царю умереть. Да неудачно так — далеко от дома и летом. В Питер гроб привезли и не открывая похоронили. Все семейство в панике — как так! Обычно по смерти императора его в обязательном порядке бальзамируют. А тут, говорят — не успели. Не сходится что-то…
Ну да ладно. Прошло время. Стали люди в Сибири старца на дорогах встречать. Странного. Все-то ему в новинку было, ничего делать не умел. Зато по-французски болтал лучше Наполеона и всех в Питере поименно знал. Дворцы царские изнутри описывал. О балах и приемах рассказывал. Не всем конечно. Некоторым. И пополз по Сибири слух, что этот старец, по богомольям бродящий, и есть Александр Первый. Будто бы не умер он, а править устал. Бросил все и грехи свои замаливать ушел. А в гроб другого человека положили…
Рано или поздно, а только пришел старец в Томск. Купец