Препод под прикрытием стр. 92
задыхаясь.
И панику поймал, что она может не согласиться. И придется снова добиваться, потому что ее я точно не отпущу и никому не отдам. Частью меня стала за этот месяц.
Я сел на табурет, притянул Варю к себе и усадил себе на колено. Обнял, стараясь ни о чем не думать, и смотрел на ее алые щечки и на взгляд смущенный.
Так тепло стало в груди, и понимание пришло, что все я делаю правильно. Как душа требовала. А вот объяснить это оказалось сложнее, чем я думал.
— Я всю жизнь жил на стыке двух менталитетов. Там, в горах, все традиционно всегда было, а в городе всем плевать. Жил так, как все живут. Мой папа, кстати, на маме с боем женился, она у меня аварка, а папа — азербайджанец. Их родители не хотели кровь смешивать, долго сопротивлялись, но отец допер до своей цели. И увез маму в город жить, сюда. А когда Хасан родился, бабушки с дедушками союз родителей приняли и нас любили. Хасан на русской женился, Ильяса родили через год, наши родители приняли Настю как родную. И если бы Настя не ушла от сердечного приступа, то жили бы душа в душу. Кам «нашу» в жены взял, и тоже все хорошо у них. И так и так можно, если любовь.
— Дамик, я не понимаю…
— Я тоже, — согласился я, — сам себя не понимаю. Блин…
Я выдохнул и не понял до конца, как ей все объяснить, поэтому просто взял и отрезал:
— Женюсь на тебе по традициям, ясно? И твоя первая ночь будет волшебной и сказочной, как моей жены. Твой брат уже список выслал на калым, так что возражения не принимаются!
— Дамик, а меня спросить? В смысле брат? Брату с тобой жить или мне? Я сейчас Юльке позвоню, чтобы Римир Лешке тоже список написал. Удумали они меня за моей спиной выкупать! Я вам что…
— Ты нам — любимая женщина! — прекратил я ее возмущения. — И так надо. Мужчины решают… И ты в меня влюблена, хватит вредничать!
— Влюблена, — согласилась Варя, — но…
— И я в тебя влюблен. И зову замуж, — сдал я на повороте.
Пересадил ее на табурет и встал рядом на одно колено:
— Варя Тихая, выходи за меня? Ну я хоть раз сделал что-то тебе во вред? Мои правила как-то тебе жизнь усложнили? Патриархат мой такой плохой?
— Нет…
— В смысле? — не понял я.
— Не усложнили. И патриархат твой мне нравится. И не патриархат это вовсе, а забота.
— Я думал, ты замуж отказываешься, — выдохнул я.
— Дамик…
— Пойдешь замуж? Кольцо не взял, птичка, но обещаю самое красивое купить.
— Не надо кольцо. Просто пообещай, что у нас все останется так, как сейчас. Мы вместе, заботимся друг о друге, говорим обо всем, и никто никого ни к чему не принуждает.
— Иначе и быть не может, птичка, ты же у меня криминалист будущий, а я жить хочу. Долго и желательно счастливо.
Я взял ее ладошки в свои и поцеловал.
Выдохнул с облегчением, поднял голову и посмотрел на свою птичку. Уютную, домашнюю, мою. И если не знать, какая она на самом деле, то с виду казалось, что это самая милая девушка в городе.
Если