Проклятие Шалиона стр. 126
Или кровь. Какая-нибудь более существенная жидкость.
– Хм… – выдавил Кэсерил.
Умегат откинулся на спинку и некоторое время молча изучал его. Кэсерил знал, что рокнарец разглядывает не его тело.
«Ну так скажи мне, что рокнарский отступник, настоятель храма, ученый, посвященный, святой Бастарда делает тут, прикидываясь грумом в зангрском зверинце?»
Однако вслух он произнес:
– Что вы здесь делаете?
Умегат пожал плечами:
– То, чего хочет бог, – затем, словно сжалившись при виде растерянного выражения лица Кэсерила, уточнил: – Похоже, он хочет, чтобы я сохранял рея Орико в живых.
Кэсерил вздрогнул и выпрямился, пытаясь справиться с дурманящим голову вином.
– Орико? Он что, болен?
– Да. Государственная тайна, хотя это невозможно утаить от того, кто обладает разумом и острым глазом. Тем не менее… – Умегат приложил палец к губам, призывая никому об этом не рассказывать.
– Да, но… я думал, что лечение – привилегия Матери и Дочери.
– Если бы болезнь рея имела естественные причины – то да.
– А причины не естественны? – Кэсерил заволновался. – Темное облако… вы его тоже видите?
– Да.
– И у Тейдеса есть такая тень, и у Исель, и у рейны Сары. Что это за дьявольщина, о которой нельзя говорить?
Умегат поставил чашку на стол, потянул себя за косу и вздохнул.
– Все началось во времена Фонсы Мудрого и Золотого Генерала. Полагаю, для вас это лишь история. Я же жил в то отчаянное время. Знаете, однажды мне привелось увидеть генерала. Тогда я был шпионом в его провинции. Я ненавидел все то, чем он занимался и чего хотел, но… если бы он велел мне, просто сказал единственное слово, думаю, я пополз бы за ним на коленях. Он был больше чем тот, кого просто коснулись боги, больше чем посвященный, осененный. Он был воплощением, реализацией высшей воли, посланным в мир в подходящий момент. Почти. До того мига, пока Фонса вкупе с Бастардом не пресекли его жизнь. – Умегат замолчал, углубившись в воспоминания.
Наконец взгляд его покинул прошлое и обратился к Кэсерилу. Улыбнувшись, он вытянул руку, отогнул вверх большой палец и покачал им из стороны в сторону.
– Бастард хоть и самый слабый из Семьи, но он бог равновесия. Это большой палец, что помогает остальным четырем надежно и ловко держать предметы. Говорят, что если один бог воплотит в себе всех остальных, то истина станет единой, простой, совершенной, а мир вспыхнет светом. Некоторые находят эту мысль привлекательной. Лично я считаю ее ужасной, но у меня всегда был плохой вкус. В то же время Бастард, не связанный с каким-либо одним сезоном, присутствует в каждом из них и оберегает всех нас. – И пальцы Умегата – Дочь, Мать, Сын, Отец – поочередно ударились о подушечку большого.
Он продолжал:
– Золотой Генерал был очищающей волной судьбы, которой было предначертано снести весь мир. Душа Фонсы смогла справиться с его душой, но не смогла противостоять великому предначертанию. Когда демон смерти унес из мира их души, невыполненное предначертание бременем легло на потомков Фонсы – миазмы неудач и мучение душ. Темные тени, которые вы видите, – незаконченное дело Золотого Генерала в этом мире, окружившее мраком жизнь его врагов. Его посмертное проклятие, если угодно.
Кэсерил задумался, были ли все неудачные военные кампании Иаса и Орико следствием того, о