Проклятие Шалиона стр. 144
тысячи Кэсерилов и Умегатов, а добираются до конечной цели лишь те, кто выберет этот путь сам.
– Ну и кто же я – первый или последний из предпринявших это путешествие?
– Что же, с уверенностью могу сказать только, что явно не первый.
Кэсерил понимающе хмыкнул. Немного поразмыслив, он вдруг спросил:
– Но если боги послали Орико вас, а Исель – меня (хотя мне кажется, что тот, кто сделал это, изрядно ошибся), кого же они послали оберегать Тейдеса? Разве нас не должно быть трое? Третий… наверняка посланец Брата, не важно, орудие он, святой или дурак – богам виднее… но неужели все сто защитников мальчика пали в пути один за другим? Может, этот человек еще не дошел?
Тут у Кэсерила перехватило дыхание от новой мысли.
– А может, это был ди Санда? – Он наклонился и спрятал лицо в ладонях. – Если я не прекращу эти теологические изыскания, держу пари, снова закончу в доску пьяным. У меня такое чувство, что мой мозг безостановочно крутится и крутится в черепной коробке и меня сейчас просто стошнит.
– Пристрастие к спиртному отнюдь не редкость среди настоятелей и посвященных.
– И я даже понимаю почему. – Кэсерил запрокинул голову, выливая в рот последние капли чая, и поставил чашку на стол. – Умегат… если бы я был должен спрашивать богов о каждом своем шаге – мудрый ли он, верный ли… и не смел сделать выбор без их согласия… я бы сошел с ума. Еще больше, чем сейчас. И закончил бы тем, что скорчился бы в уголке и ничего не делал вообще – разве что пускал слюни и сопли.
Умегат хохотнул – жестоко, как показалось Кэсерилу, – но затем покачал головой.
– Не следует недооценивать богов. Придерживайтесь добродетели – если сможете понять, в чем она заключается, – и верьте, что возложенная на вас обязанность – это то, чего вы горячо желали. И что ваши таланты – это таланты, которые вы должны предоставить в распоряжение богов, выполняя свою миссию. Верьте, что боги не потребуют от вас того, чем предварительно вас не наградили. Речь идет не только о вашей жизни.
Кэсерил потер лицо руками и вздохнул.
– Тогда я приложу все свои силы, чтобы устроить брак Исель, который может избавить ее от проклятия. Я обязан верить в свой здравый смысл – почему бы еще богиня избрала для ее защиты рассудительного человека? – Тут он снова вздохнул и вполголоса закончил: – По крайней мере раньше я был рассудительным… – Кэсерил уверенно кивнул (с куда большей уверенностью, чем чувствовал) и поднялся на ноги. – Молитесь за меня, Умегат.
– Ежечасно, милорд.
Уже темнело, когда в кабинет Кэсерила вошла Бетрис со свечой в руке и, пройдясь по комнате, зажгла все светильники, чтобы он мог спокойно работать. Кэсерил улыбнулся и благодарно кивнул. Она улыбнулась в ответ и задержалась, не спеша возвращаться на женскую половину. Бетрис стояла – как заметил Кэсерил – на том самом месте, где они расстались в ночь смерти Дондо.
– Благодарение богам, все вроде успокаивается и становится на свои места, – проговорила она.
– Да, понемногу. – Кэсерил отложил перо.
– Я начинаю верить, что все будет хорошо.
– Да. – Его живот свело болью.
«Нет».
Долгая пауза. Он снова взял в руку перо и макнул