Проклятие Шалиона стр. 232
леди ди Хьюлтер, охранники позволили им пойти одним. Я ждал с двумя оседланными лошадьми и двумя женщинами наготове, которые обменялись плащами с Исель и Бетрис и вернулись вместо них с леди ди Хьюлтер. Мы скакали так быстро… Старая провинкара взялась покрывать побег внучки и заявила, что Исель больна и находится в покоях матери. Держу пари, принцесса была уже в безопасности в Тарионе, прежде чем в Валенде стало известно о ее побеге. Но, пятеро богов, как скачут эти девушки! Шестьдесят миль по бездорожью, от заката до рассвета, при полной луне! И только один раз сменив лошадей!
– Девушки? – переспросил Кэсерил. – Леди Бетрис тоже в Тарионе?
– О да. Они обе щебетали как птички, когда я уезжал. Я даже почувствовал себя стариком.
Кэсерил стрельнул глазами в Палли, который был на пять лет моложе его, и не ответил на эту фразу.
– А сьер ди Феррей… провинкара, леди Иста?
Палли посерьезнел.
– Остаются заложниками в Валенде. Знаешь, они все убеждали девушек ехать.
– Да.
Фойкс принес на подносе миску с бобовой похлебкой, горячей и ароматной, а Бергон собственноручно поправил подушки и помог Кэсерилу устроиться поудобнее. Кэсерил думал, что голоден как волк, но нашел в себе силы проглотить только несколько ложек. Палли мудро рассудил, что ехать лучше в темноте, пока не взошло солнце, чтобы в сумерках не могли рассмотреть, сколько их скачет. Кэсерил посопротивлялся для порядка, но потом позволил Фойксу помочь ему одеться. Его страшила перспектива снова оказаться в седле.
Во дворе их ожидал эскорт – дюжина людей из ордена Дочери, приехавших с Палли из Тариона. Между седлами двух лошадей были прикреплены носилки. Кэсерил поначалу возмутился и с негодованием отверг предложение взгромоздиться на них и ехать лежа, но затем поддался на уговоры и убедительные доводы Бергона. Кавалькада тронулась в путь в серой предрассветной дымке. На разбитых окольных дорогах и узких петляющих тропках носилки немилосердно трясло и качало. Через полчаса Кэсерил запросил пощады, решив все-таки пересесть на лошадь. Кто-то догадался захватить с собой для этой цели спокойного, с легкой поступью иноходца; Кэсерил вцепился в луку седла, решительно настроившись выдержать весь этот убийственный путь в обход Валенды с войсками ди Джиронала и далее дорогу на Тарион, которая обещала быть получше.
Днем они спустились с поросшего лесом склона холма на открытое место, и Палли поехал рядом с другом, время от времени бросая на него любопытные изучающие взгляды. Наконец он спросил:
– Говорят, ты творил какие-то чудеса с мулами?
– Не я – богиня. – Кэсерил скривил губы в ухмылке. – Похоже, она поступила как хотела.
– Еще мне рассказали, как ты расправился с разбойниками.
– Нас было куда больше, и мы были хорошо вооружены. Если бы не приказ ди Джоала, они не осмелились бы напасть на нас.
– Ди Джоал был одним из лучших клинков ди Джиронала. Фойкс говорит, ты уложил его в считанные секунды.
– Это вышло по ошибке. Я не хотел его убивать. Кроме того, он поскользнулся.
Теперь ухмыльнулся Палли.
– Знаешь, тебе не обязательно трубить об этом направо и налево. – Он посмотрел вперед и после небольшой паузы добавил: – Так, значит, тот ибранский мальчик на галере, за которого ты заступился, был сам Бергон.
– Да. Как выяснилось, это был