Проклятие Шалиона стр. 92
он в своей поездке? Или будет убит и похоронен в каменистой земле или в лесу в двух часах езды от Кардегосса, после чего двор сочтет, что он скрылся, потому что виновен? Бетрис прижала пальцы к побелевшим губам и устремила на канцлера яростный взгляд. По крайней мере она верила его словам, а не его спине. Он почувствовал себя увереннее.
– Нет, – сказал наконец Кэсерил. – Я не поеду. Я даю свое слово, что рассказал правду. Если у вас нет никаких иных доказательств, кроме дворцовых сплетен, я отрицаю эту ложь. Да, а кто же источник слухов? Вы проследили, откуда они исходят? Кто обвиняет меня – вы, ди Марок? – и Кэсерил сурово посмотрел на придворного.
– Объяснитесь, ди Марок, – предложил ди Джиронал, легко поведя рукой.
Ди Марок задержал дыхание, словно собираясь нырнуть в холодную воду, и начал:
– Мне поведал обо всем один ибранский купец, торговец шелком. Я закупаю у него ткани для гардероба рея. Он опознал в кастилларе человека, которого, по его словам, били плетьми на лобном месте Загосура, и был крайне удивлен, встретив его здесь. Он сказал, что это было грязное дело… что кастиллар изнасиловал дочь человека, принявшего его под свою крышу и давшего ему приют. Он потому так хорошо и запомнил этот случай, что был поражен низостью преступника.
Кэсерил почесал бороду.
– А вы уверены, что он не обознался и не спутал меня с другим человеком?
Ди Марок резко возразил:
– Конечно, нет – он назвал ваше имя.
Кэсерил прищурил глаза. Вероятность ошибки исключалась – это была открытая ложь, купленная и оплаченная. Но чей язык был куплен? Ди Марока или купца?
– А где теперь этот торговец? – вмешался ди Санда.
– Повел свой караван в Ибру, пока не выпал снег.
Кэсерил произнес мягким голосом:
– Сразу после того, как поведал вам эту историю?
Ди Марок поколебался, словно припоминая. Выпрямил один за другим пальцы, как будто подсчитывая дни.
– Прошло около трех недель с тех пор, как он уехал. А разговаривали мы с ним как раз перед отъездом.
«Теперь я знаю, кто лжет».
Губы Кэсерила скривились в ухмылке, глаза были холодны. Торговец действительно существовал и действительно выехал из Кардегосса три недели назад, в этом нет сомнений. Но он уехал задолго до того, как Дондо попробовал подкупить Кэсерила изумрудом, а Дондо не изобретал обходных путей для избавления от своего врага до тех самых пор, пока не сорвалась его попытка дать взятку Кэсерилу напрямую. К сожалению, Кэсерил не мог выставить эти логические построения в свою защиту.
– У торговца шелком не было причин лгать, – добавил ди Марок.
«А вот у тебя они есть. Только какие?»
– Вы знали об этом серьезном обвинении более трех недель, но только сейчас довели его до сведения своего господина? Как это странно, ди Марок.
Ди Марок наградил Кэсерила мрачным взглядом.
– Ибранец уехал, – подвел черту Орико, – и невозможно выяснить, кто из вас говорит правду.
– Тогда, безусловно, следует отдать предпочтение милорду Кэсерилу, – выпрямившись, отчеканил ди Санда. – Вы можете не знать его, но пригласившая его на службу провинкара Баосии хорошо знает кастиллара. Он служил ее покойному супругу шесть или семь лет.
– В юности, – уточнил ди Джиронал. – Люди меняются, знаете ли. Особенно среди ужасов