Прощай, невинность! стр. 93
мысль ушла так же мгновенно, как и пришла. Кровь в его венах билась слишком тяжело и горячо. Он положил ладонь на затылок.
— Дай мне твои губы.
Софи тихо всхлипнула, когда он притянул к себе ее лицо. Эдвард коснулся пальцем изгиба ее губ.
— Открой… — хрипло прошептал он. — Я хочу внутрь, Софи…
Мысль о другом входе, которого он не должен касаться, обожгла его, и он снова дотронулся до ее губ, видя себя в постели Софи погружающимся в нее…
— Открой… — снова шепнул он, чувствуя себя слишком распаленным, готовым к взрыву. Его рука спустилась к талии Софи, к пояснице, а потом ниже, к соблазнительному изгибу бедер.
Она снова всхлипнула, повинуясь. И в то же мгновение Эдвард проник языком в глубину ее рта. И Софи так же мгновенно ответила на поцелуй, крепко сжала его плечи; хотя это казалось уже невозможным, напряжение в его чреслах еще усилилось, и Эдвард понял, что Софи почувствовала это, потому что она застонала.
Эдвард забыл обо всем, кроме мучительного желания и женщины, трепещущей в его руках. Почти не сознавая, что делает, одним движением пересадил девушку так, что она оказалась сидящей верхом на его коленях, а потом, словно и этого ему было мало, рывком поднял ее юбку, и горячая, влажная
выпуклость между ее ногами прижалась к его разбухшим чреслам. Тонкий шелк ее белья и мягкий лен его брюк лишь обострили ощущения Эдварда.
Он просто не в силах был больше терпеть. Софи нервно изогнулась в его руках, и он мгновенно понял смысл этого движения, хотя сама девушка вряд ли осознавала что-либо. Целуя шею Софи, Эдвард одной рукой ласкал ее грудь, а потом спустился ниже и, миновав складки смятой юбки, прижал палец к ее лону.
Софи напряженно застыла.
— Эдвард? — выдохнула она, еще крепче обняв его и прижавшись лицом к плечу.
Это был вопрос, но в нем звучало и доверие, и удивление — и страх.
Эдвард прижал руку чуть крепче, укладывая ладонь между ногами Софи, и его огромный фаллос напрягся, лишая Эдварда воли, лишая желания вернуть себе здравый смысл, вообще думать…
— Эдвард! — тихо вскрикнула Софи. — Эдвард!
Он совсем не хотел думать, не хотел… Он был слишком разгорячен, слишком возбужден. Но его ум все же бешено заработал. И Эдвард страшно испугался. Это уже не поцелуй. Это нечто куда большее. И куда более опасное.
Похоже, и Софи опомнилась. Она прижалась щекой к шее Эдварда и, тяжело дыша, вздрагивала время от времени. Он чувствовал, как мечутся ее мысли. Вряд ли ему удастся проникнуть в них.
Да и как на самом деле понять, что у нее на уме? Можно лишь строить предположения. Конечно, Софи потрясена, она испугана его поведением так же, как испуган он сам. Эдвард резко передвинул Софи, чтобы она сидела иначе, не как в любовном объятии, и опустил ее юбку. Он сам не мог поверить, что натворил подобное.
Софи была невинна и доверчива, она относилась к нему как к другу. А он — он чуть было не взял ее… и она не стала бы ему противиться. Он почти совратил ее!
А ведь он хотел всего лишь поцеловать Софи, чтобы пробудить в ней желание жить более