Библиотека

Прощай, Рим! стр. 203

Размер шрифта
-
+
Тема

союзников нещадно бомбят промышленные центры. Хотя совсем недавно дуче петушился и заявлял, что на Рим не падет ни одна вражеская бомба, противовоздушная оборона фашистов ничего не могла поделать не только с «летающими крепостями», поскольку шли они на недосягаемой для зениток высоте, но даже с легкими бомбардировщиками, с ревом проносящимися на уровне крыш многоэтажных домов.

А Гитлеру самолеты нужны были пуще хлеба и пуще воды. Поэтому при последней встрече с Муссолини фюрер предложил ему эвакуировать некоторые заводы ФИАТ в более надежное место, в Южную Германию. Дуче поморщился, услышав такое, но смирился. Лбом стену не прошибешь. Правда, он намекнул было, что эта затея вызовет ропот и заводовладельцев, и рабочих, но фюрер прервал его на полуслове: «Или согласитесь на демонтаж, или союзники превратят все в груду негодного металла. Выбирайте! У меня ни летчиков, ни истребителей не хватит, чтобы защищать еще и эти заводы. Судьба наша решается на Восточном фронте!» Не успевает Муссолини раскрыть рта, как фюрер опять обрывает его: «Не беспокойтесь, дуче, через два месяца, как кончится война, все снова будет на своем месте. Гитлер еще никогда не обманывал друзей…»

Руководившие демонтажем итальянские инженеры и мастера ахнули от удивления и жалости, когда увидели русских пленных — кожа да кости, чуть прикрытые лохмотьями. Они глазам своим не верили, все шептались о чем-то между собой, покачивали головами, разводили руками.

Надо сказать, что пропагандистские измышления Муссолини бесстыдством и наглостью своей нисколько не уступали вранью хромого Геббельса. Если девизом фюрера было: «Для победы все средства хороши», то дуче, инструктируя своих оракулов, говорил: «Чтоб победить, надо обмануть».

Фашистские газеты, радиопередачи и здесь рисовали большевиков бородатыми варварами, носящими за поясом кинжалы и пожирающими мясо сырым. Дескать, они не умеют ни плакать, ни смеяться, а радость или горе выражают одинаково — скалят клыки. И вообще, как утверждали проповедники дуче, большевики вовсе-то и не похожи на настоящих людей.

И вот теперь перед ними стоят обыкновенные люди, изможденные, измученные, но не разучившиеся улыбаться и даже смеяться. Несмотря на все перенесенное, люди добрые, общительные. И рогов нет, и клыки не торчат. Все такое же, как и у них, у итальянцев. Только у большинства глаза светлее да волосы русые. Но есть среди них и такие, что встретишь на улице — от своих не отличишь…

Один итальянец в синем берете подошел к пленным поближе и, сложив левую руку в кулак, согнул ее в локте: приветствие, столь знакомое советским людям.

— Рот фронт! — ответил Леонид, в свою очередь сжав в кулак левую руку.

«Синий берет» отстегнул флягу, висевшую на брючном ремне, протянул Леониду:

— Прего!

— Вода? Аква?

— Но. Вино.

Леонид отхлебнул вино полными звучными глотками, показал в знак одобрения большой палец — «во!». Фляга пошла по рукам. И остальные итальянцы отдали пленным припасенное к обеду вино.

— Прего, компаньо! [2]

— Прего, товарищи!

— Прего, каро амико… [3]

— Спасибо, товарищ! —¦ Спа-си-бо?

— Да. Мерси. Данке.

— А-а… Грацие. Спа-си-бо…

Довольные итальянцы весело рассмеялись.

Тем временем подбежал немецкий охранник, заорал:

— Арбайтен! Арбайтен!

На другой день итальянцы притащили на обед бутыли повместительнее, и узелки с хлебом и сыром были явно солиднее, чем обычно. В течение двадцати лет Муссолини и его приспешники натравливали их против большевистской России, но потушить любовь

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.