Прощай, Рим! стр. 243
он отвел в сторонку Петра Ишутина и что-то зашептал ему. Петя понял лишь одно слово — Джулия, пришлось позвать Сережу.
— Послушай и растолкуй, что он говорит.
— Джулия передает тебе пламенный привет и хочет поскорее увидеться с тобой.
— Пусть Орландо скажет ей, что я тоже очень хочу. Но… и рад бы в рай, да грехи не пускают.
— У нее, говорит Орландо, есть очень важная новость.
— Ни сегодня, ни завтра, сам понимаешь, нам нельзя будет носу показать в городе. Пусть через Орландо передаст свою новость.
— Говорит, что она только тебе это может сказать.
— Ладно, в таком разе пусть послезавтра, а лучше пусть два
дня подряд вечером приходит к мосту на шоссе. Я там спрячусь и буду ее поджидать.
Орландо смотрит на Петра, улыбается, сообщает, как некую тайну:
— Она тебя любит.
— Я тоже ее люблю. Так и скажи, ладно?
— Си.
Орландо, как ящерица, юркнул в овраг.
На следующее утро Леонида разбудил связной, а может быть, он сам проснулся чуть раньше, чем явился связной. Они вместе вскарабкались на склон, укрылись за небольшим земляным валом. Шоссе, высоковольтная линия и край ущелья, которое они покинули вчера, отсюда видны как на ладони. Колонна мотоциклистов двигалась со стороны Монтеротондо. Было их человек пятьдесят. У начала ущелья они остановились, о чем-то посовещались. Потом долго изучали окрестности в бинокли. Офицер разделил колонну — решил, видимо, блокировать ущелье с обеих сторон.
Тарахтенье мотоциклов разбудило и остальных партизан. Леонид распорядился, чтобы не было ни одного лишнего движения. Послал связного за Таращенкой и уже больше не спускал глаз с немцев. Между тем офицер дал знак, и по десятку солдат с той и с другой сторону тихонько двинулись вниз по круче.
Внезапно в мозгу Леонида блеснула мысль: «У нас теперь два ручных пулемета, десять автоматов и карабин Кея. Патронов, правда, маловато. Но если подождать, пока те уползут в ущелье, и неожиданно ударить по оставшимся?..»
А вот и Антон подоспел. Леонид поделился с ним своими соображениями. Загорелся Антон, план пришелся ему по душе.
— Только позиция не совсем удобная. Если спохватятся, когда мы будем лощину переползать…
— Но ждать, пока немцы подберут для нас самую выгодную позицию, тоже не дело. Идите, позовите сюда всех, у кого есть оружие. Связные тоже пойдут с нами…
— Товарищи, пришел долгожданный час, — волнуясь, заговорил Леонид. — Враг перед нами. Я предлагаю атаковать… С безоружными останется Логунов. Если мы потерпим неудачу, уходите по большой балке, по дороге, которую показал Орландо.
— А я пулеметчик!
— На тебя, товарищ Логунов, возлагается задача вывести людей из опасной зоны и снова установить связь с итальянцами. Ясно?
— Так точно, товарищ командир!
— Пошли, товарищи. Пока половина немцев лазит по ущелью, надо подобраться поближе к шоссе и приготовиться к бою.
Впереди поползли Леонид и Ишутин. Петр прикусил губу, на лице появилось какое-то торжественное и грозное выражение. Он ведь прошлый раз в сражении не участвовал. Справа — Ильгужа Муртазин. Брови, как всегда, хмуро сдвинуты, вместо глаз — узкие щелочки. Леонид повернул голову назад. Почему-то ему показалось, что Никита сегодня не в своей тарелке: то ли волнуется, то ли струхнул. Впрочем, Леониду тоже не по себе. Не за собственную жизнь беспокоится, а за отряд. Останься они в тех