Прощай, Рим! стр. 326
жалеть, он же не навеки уехал. Посоветуется, с тамошними товарищами и вернется. Может, тогда и мы здесь начнем по-другому действовать. Но пока очень прошу, больше терпенья, больше выдержки. Мы несем ответственность за вашу жизнь и перед народом, и перед богом. — Он пожал руку Леониду, прошел несколько шагов и остановился. — В пещере ничего не оставляйте. Ни золы, ни окурков. Пусть никому в голову не придет, что здесь прятались люди.
— А если они на могилу Кея наткнутся?
— Где вы его похоронили?
— Вон под тем большим каштаном.
— Сейчас же людей пошлите. Пусть заровняют могилу и замаскируют щебенкой. Но будем надеяться, что немцы до того места не доберутся. Не любят они здешних скал и ущелий. Ладно, чао!
Уничтожение улик проходило под придирчивым оком Таращенки. Собрали все, подмели, зарыли в укромных местах окурки, банки и разное тряпье, которое не имело смысла тащить с собой, Антон не поленился — с группой партизан спустился к ручью. Засыпали землей следы от костров и даже в развалинах мельницы каждую дырку осмотрели. Тем временем подоспел Орландо. Хотя он сказал, что по дороге ничего подозрительного не заметил, Леонид послал на фланги дозорных автоматчиков.
Орландо повел их через шоссе в небольшую лощину. Там передохнули, еще раз обдумали, все ли сделано, как надо, и двинулись на холмы, где были виноградники. Это, конечно, не та неприступная крепость, которую они только что покинули. Но склоны холмов, в террасах и овражках, давали возможность небольшому отряду, не только скрываться и даже успешно отстреливаться, — здесь они были избавлены от опасности окружения и при надобности могли уйти в любую сторону. Дивизии бы не хватило, чтобы оцепить эти бесконечные виноградники.
Плохо, что все время надо прятаться, двигаться чуть ли не ползком, да и расселились по двое и по трое — в старых крестьянских шалашах-капаннах — и небольших пещерах. Поэтому сразу же к командиру и его помощнику назначили связных из тех, кто еще не был водружен.
Орландо показал самое удобное для жилья местечко, объяснил, куда какая дорога ведет, но предупредил, что уходить отсюда, пока он не придет снова, не следует. Напоследок он отвел в сторонку Петра Ишутина и что-то зашептал ему. Петя понял лишь одно слово — Джулия, пришлось позвать Сережу.
— Послушай и растолкуй, что он говорит.
— Джулия передает тебе пламенный привет и хочет поскорее увидеться с тобой.
— Пусть Орландо скажет ей, что я тоже очень хочу. Но… и рад бы в рай, да грехи не пускают.
— У нее, говорит Орландо, есть очень важная новость.
— Ни сегодня, ни завтра, сам понимаешь, нам нельзя будет носу показать в городе. Пусть через Орландо передаст свою новость.
— Говорит, что она только тебе это может сказать.
— Ладно, в таком разе пусть послезавтра, а лучше пусть два дня подряд вечером приходит к мосту на шоссе. Я там спрячусь и буду ее поджидать.
Орландо смотрит на Петра, улыбается, сообщает, как некую тайну:
— Она тебя любит.
— Я тоже ее люблю. Так и скажи, ладно?
— Си.
Орландо, как ящерица, юркнул в овраг.
На следующее утро Леонида разбудил связной, а может быть, он сам проснулся чуть раньше, чем явился связной. Они вместе вскарабкались на склон, укрылись за небольшим земляным валом. Шоссе, высоковольтная линия и