Прощай, Рим! стр. 328
за склонами, за дорогой, то и дело наводили бинокли на холмы, где остались невооруженные партизаны. Хорошо бы, конечно, ударить сейчас, но пугали станковые пулеметы. Под их прикрытием немцы могли залечь по ту сторону шоссе, и тогда не атакуешь и не уйдешь!..
Прошел час, другой. Немцы не торопились. Перекусили и опять взялись за бинокли. Все ясно. Рисковать и соваться в сторону от дороги у них нет никакого желания. Тянут время. Похолодало. Пальцы задеревенели, подвело от голода животы. А немцы завернулись в плащ-палатки и все следили за ущельем, караулили кого-то.
Хоть бы пулеметы сняли, что ли?.. Леонид не на шутку растревожился. Того гляди, у ребят лопнет терпение. Сколько можно лежать на мокрой земле? Одеты-то все кое-как. Бумажные брючки да легкие куртки. Как быть? Словно в ловушку людей завел — ни вперед, ни назад шагу не сделаешь…
Наконец-то немцы оседлали свои мотоциклы. Первым двинулся офицер. Через минуту от треска моторов стало не расслышать собственного голоса. Офицер, притормаживая, поравнялся с ямой, где затаился расчет Муртазина. Вот-вот Ильгужа нажмет на гашетку. Хорошо, если не промажет. Давненько не приходилось стрелять. Короткая стычка, когда они отбили стадо, не в счет.
Выстрелов Леонид не расслышал, только увидел, как грохнулся на шоссе офицер. Миг — и заработал пулемет Ишутина. Автоматчики тоже открыли огонь. Несколько мотоциклов охватило пламя. Немцы растерялись, заметались, пытаясь проскочить в город. Но пули партизан настигали их всюду. Тогда фрицы бросили машины и побежали к ущелью, но Петя Ишутин и пятеро автоматчиков уже пересекли шоссе. Противник оказался в огненном кольце. Кое-кому все же удалось прорваться. А тех, кто попрыгал в ущелье, партизаны, знавшие здесь каждый поворот и каждый уголок, добили без особого труда.
Леонид дал команду прекратить преследование и просигналил Логунову: идите, дескать, все сюда. Те тоже здорово переволновались, дело-то, против ожидания, вон как затянулось…
— Заберите оружие, плащи, фляги и перетащите в виноградники на соседних холмах.
— А почему не
пойти опять в ущелье, в старую пещеру?
— Кто-нибудь, может, уцелел, спрятался тут. Надо сбить немцев со следа.
Теперь партизаны из отряда «Свобода» были вооружены полностью. Некоторым даже пришлось нести по два автомата. Начальник штаба Логунов подсчитал и доложил:
— Уничтожено тридцать пять фашистов.
— Ив прошлый раз пятеро. Всего, стало быть, сорок. У нас — один убитый и двое легко ранены. Неплохо для начала!
Пора было уходить. Таращенко с Коряковым хотели остаться, поискать станковые пулеметы, считая, что немцы не могли увезти их, а просто столкнули вниз. Но Леонид воспротивился. Не следует, мол, зарываться, если пулеметы в ущелье, будет время — отыщем.
Уже в сумерках опять явились немцы. Два танка, автомашины, полные солдат. Снова полезли вниз, постреляли в белый свет, погрузили мотоциклы, подобрали убитых и, не обнаружив поблизости ни одной живой души, укатили в город.
6После боя с мотоциклистами прошло два дня. Партизаны сидели на голодном пайке. Итальянцы почему-то не появлялись. «Что это — за своеволие наше рассердились или немцы устроили засады на дорогах? Как теперь быть? Может, рискнуть и вернуться в ущелье… В здешних-то норах чуть дождик, так водой заливает, сунешься втроем-вчетвером и сидишь, поджав ноги. Как же быть? Послать бы Логунова с Ишутиным в город на разведку, но если немцы усилили посты? Если