Прощай, Рим! стр. 340
если он сам указал нам эту рощу!
— Таращенко и Демьяненко, разыщите Грасси. Живого или мертвого. Оставлять его там никак нельзя.
Но искать Грасси не пришлось. Через минуту сам пришел. Увидев, что он прихрамывает сильнее обычного, Леонид встревоженно спросил:
— Ты куда запропастился, Альфредо? Очень болит, что ли?
— Да нет. Знаете ведь итальянцев, народ мы любопытный, увлекающийся. Прогулялся по шоссе, сосчитал, сколько машин угробили.
— Ну и сколько насчитал?
— На каждую душу по машине, а на долю командира — даже две, — сказал Грасси, утирая беретом пот с лица.
Двадцать девять бойцов отряда «Свобода» плюс три итальянца… Итого тридцать три машины… Обрадовались. После такого успеха каждый почувствовал, что он опять в строю, опять воюет по-настоящему.
— А сколько фрицев на тот свет отправили?
— Это будет известно денька через два. — Грасси подошел к итальянцам: — Лучио и Пино, вы немедленно мотайте домой. Когда уляжется шум, разыщите нас в капаннах южнее города. Ты, Пино, хорошо те места знаешь.
— Альфредо, я с русскими останусь, — сказал Пино. — Герои…
— Останешься, а пока — марш! Утром, без всякого сомнения, немцы устроят облаву. Если выяснят, что ты не ночевал дома, всю семью перестреляют. Ты и без у них на заметке.
Пино и Лучио попрощались с партизанами и нехотя отправились домой.
Не успели партизаны разместиться в капаннах на юге от Дженцано, толком передохнуть после трудного перехода, как к ним прибежали Лучио и Пино и еще несколько гапистов.
— Знаете, — заговорили они, перебивая друг друга и торопясь, словно за ними кто-то гнался, — грандиозный эффект! Колоссальный! Сбрось союзники десант, и то бы не было такого шума. Молодежь нашу просто не удержать: узнали откуда-то, что вы русские, и рвутся к вам в отряд. Только еще не знают, как разыскать…
— Вот тебе и «пациенца»! — усмехнулся Петр, когда Грасси перевел им взволнованный рассказ итальянцев. — Недаром, значит, говорится, что наступление лучшая помощь соседу. Теперь и они будут смелее действовать.
Но шила в мешке не утаишь. Кто-то из гостей, вернувшись домой, видимо, все же проговорился. Вскоре в партизанский стан явилась группа молодых ребят из города. Дозорные вызвали Грасси и Колесникова.
«Эх, что за народ! — подумал с досадой Леонид. — Теперь фрицы того и жди нападут на след отряда. Впрочем, и итальянцев-то трудно винить. Тоже накипело, хочется действовать, мстить оккупантам…»
Опасения оказались справедливыми. Дня через два из города поступил тревожный сигнал. Немцы готовят экспедицию против партизан. Начальник римского гестапо издал приказ: «Русских в плен не брать. Кончать на месте». Кто-то распетушился и, не подумав толком, предложил было дать карателям бой. Колесников даже не захотел обсуждать такую возможность, поскольку любому мало-мальски понимающему в военном деле человеку было ясно, что в этой местности, где нет ни надежного укрытия, ни достаточно безопасных путей для отхода, не удастся оказать серьезного сопротивления вооруженным до зубов карателям.
— Стало быть, опять в дорогу, — сказал Леонид. — Может, в Монтеротондо вернуться?
— Нет, двинемся в сторону Албано, — сказал Грасси. — Сам говоришь, что немцы тоже не простаки. Сообразят, наверно, что и там и тут в эти дни действовал один и тот же отряд. Да еще побег из тюрьмы не забыт.
— А где это Албано?
— Давай-ка сюда карту, которую я тебе подарил перед боем.
Леонид вытащил старенькую, потертую