Библиотека

Прощай, Рим! стр. 366

Размер шрифта
-
+
Тема

…В пещерах Сорратте на окраине Рима, где разместился штаб фельдмаршала Кессельринга, появляется начальник гестапо обергруппенфюрер Карл Вольф. Вид у фельдмаршала хмурый:

— Что, опять партизаны?

— Да, партизаны, герр фельдмаршал. — Гестаповец начинает перечислять ущерб, который нанесли партизаны за последние дни: — Бросили бомбу в отель «Флора», совершили налет на здание германского военного трибунала… В окрестностях Рима каждую ночь диверсии. Судя по данным агентурной разведки, поблизости действует несколько русских партизанских отрядов. Во главе их стоит Россо Руссо.

— А это еще кто такой?

— Никто не знает.

— Даю неделю сроку на то, чтобы изловить и повесить на первом столбе этого Россо Руссо.

— Герр фельдмаршал, прошу вашего разрешения на проведение облавы в Риме и во всех провинциях Лацио.

— Разрешаю. Чтоб к рождеству в Риме и во всей области не осталось ни одного живого бандита.

— Не останется, герр фельдмаршал. У меня уже план разработан.

* * *

…Около Леонида сидят два итальянца. Один из них в мягкой велюровой шляпе и легком плаще. Лицо круглое, добродушное. Он срывает одной рукой завялившиеся прямо на лозах редкие виноградины, отправляет в рот, жует и улыбается:

— Настоящее вино. Съешь ведро — и будто стакан «фраскати» выпил.

Это Альдо Форбучини, адвокат из Палестрины. В его доме на окраине города разместился какой-то секретный штаб гитлеровцев. Россо

Руссо с помощью надежного человека сумел втянуть адвоката в движение Сопротивления. Прошло немного времени, и Альдо Форбучини, полжизни которого прошло в изучении законов, на каждом шагу нарушаемых и самим Муссолини и его подручными, превратился в ярого антифашиста.

— Синьор Леонидо, если немцы что-нибудь задумают сегодня, то завтра же их планы будут известны вам, — говорит он, посмеиваясь, и на его щеках обозначаются ямочки. — Начальник штаба — мой закадычный друг. Оказалось, что мы с ним в одни и те же годы учились в Берлинском университете. Душа фашиста, рука палача, но пока что приходится терпеть.

— Спасибо, синьор Форбучини. Кстати, не сможете ли вы достать нам ракетницу и несколько ракет? Туго приходится при ночных налетах, нет удобной сигнализации.

Альдо поворачивается к молчаливому своему соседу и что-то говорит ему по-итальянски.

— Си, си, — одобряет тот, собрав наперстком тонкие, бледные губы.

Спокойный и немногоречивый спутник адвоката — тот самый отец Паоло Марчеллини, слава о бесстрашных подвигах которого гремит по всей округе. Сначала он убивал немецких офицеров прямо на улицах Рима, а когда гитлеровцы напали на его след, ушел к крестьянам, за город, и собрал небольшой отряд.

Сейчас отец Паоло увязался с Альдо, чтобы повидаться с русскими и договориться об устройстве совместного грандиозного «фейерверка». Несмотря на кажущиеся спокойствие и неторопливость, человек он был энергичный, настойчивый. Многие годы находился при Ватикане и, возможно, лелеял в душе честолюбивые замыслы о продвижении вверх по лестнице церковной иерархии. Может быть, впереди ему грезилась и пурпурная кардинальская мантия. Но над всеми этими помыслами взяла верх ненависть к чужеземным захватчикам — благочестивый католик стал беспощадным мстителем.

— Немцы прямо не говорят, но по некоторым намекам следует предполагать, что днями готовится большая карательная экспедиция. Поэтому, синьор Леонидо, вы не поддавайтесь уговорам дона Паоло и пока что сидите тихонько, — говорит Альдо, сорвав очередную виноградину. — Продовольствием я вас обеспечу. Пароль: «Везувий».

Считая, что разговор закончен, адвокат поднимается. Встает и Леонид.

— Наоборот. Именно

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.