Прыжок в ледяное отчаяние стр. 119
юбке. Только она не в море. Там камни. Она у обрыва, о камни разбилась. Хотя, — покивал рассудительно головой «молодой», — ее может волной в море утянуть.
— Дима! — завопила «молодая».
Олег бросился к утесу. Вот, тропинка раздваивается. Вниз — к воде, которую уже слышно — шш-фф, шш-фф, вал за валом, ритмично, усыпляюще. Вверх — к обрыву. Господи, темень какая!
— Ли-заааа!! — завопил Олег и визгливо, в голос разрыдался.
— Ли-зааа!! — взвыл он, собрав остаток сил.
Море ответило справа сонным шуршанием. Вдали, в фиолетово-серой мгле что-то вспыхнуло. Раз, еще…
Олег мчался вверх. Будто точно зная то место, где ЭТО случилось. Нет, невозможно. Сейчас все наконец разрешится. Эта пьяная компашка все перепутала, все наврала!
Приехав сюда к вечеру, они ни минуты не сидели в номере. Лиза, переодевшись, молча помчалась из отеля куда глаза глядят. Он поплелся за ней, нагнал вот здесь… примерно здесь, где тропинка делает опасную петлю, чтобы взвиться еще выше. Да, именно тут Олег схватил ее, насильно обнял, повел в гостиницу на «праздничный ужин».
Хорошо — глаза привыкли к темноте. Сейчас он найдет ее здесь. Может, чуть выше, за этим стволом. Ноги скользили — карабкаться вверх Олег больше не мог. Он на коленях съехал вниз, цепляясь за сучья. Эта крохотная вытоптанная площадочка — предел пути. Стрижов не мог заставить себя посмотреть вниз — в черную пропасть. Справа раздались стремительно приближающиеся голоса, свет фонарика ослепил на миг Олега.
— Мы вот здесь уже были, по траве шарили в поисках телефона, который подружка моя потеряла, когда услышали ее крик — ужасающий. Как будто зверь кричит. А подбежали — уже только белое пятно внизу. Может, еще что-то можно сделать, — тараторящая толстуха-Полина вела с собой десант из трех человек.
— Только как подобраться? Я спускался один раз тут, но это, я вам скажу, то еще мероприятие, — сказал запыхавшийся мужской голос — высокий и бойкий.
— А она случайно оступилась? — вплелся негромкий, глухой.
— Не знаю. Она плакала и бежала… — Полина уже едва могла говорить — так загнала себя.
Олег преградил доброхотам дорогу:
— Там никого нет. Оставьте нас.
— Ее знакомый или родственник? — тихо спросил бойкий, опустив фонарик с лица Олега на его колени, облепленные землей.
— Вон, смотрите, платье белеет, — подошла с опаской, бочком, к обрыву Полина.
Мужчина дернул фонариком туда, куда указывала девушка. Олег непроизвольно проследил за пучком света. Спасатели сгрудились на краю утеса, глядя вниз. Стрижов подвинулся на пару шагов к ним, завороженно следя за световой дорожкой. Сначала он увидел в полутьме бледный лоскут пашмины, зацепившейся за куст — совсем близко, в метре от площадки. Но взгляд неудержимо притягивал круг света, который сфокусировался ниже, на чем-то слепящем.
— Господи, как она смогла прыгнуть? — вздохнул глухоголосый.
И Олег посмотрел: белая ткань, рыжие волосы, вывернутые ноги. Маргоша любит выкручивать Барби ноги… Сломанная кукла…
Он загоготал. Когда Стрижова схватили сильные непререкаемые руки, Олег просипел в лица этим — любопытным:
— Я не мог раньше. Я просто опоздал…
Глава одиннадцатая
«Все случилось из-за Лизиной несамостоятельности. Она никогда не умела быть ответственной и сильной. Она милая, слабая, моя детка. Уговорила поехать с ними, чтобы помочь с Маргошей. Это и стало поначалу для меня блаженным отдыхом — строить дворцы из