Прыжок в ледяное отчаяние стр. 94
рвать провода с пришпиленными гирляндами птиц и выметал из углов и щелей пригревшийся за зиму мусор.
Полная брюнетка с живым широкоскулым лицом подкатила на белоснежном «Мерседесе»-купе. Ни ожидаемой грации, ни «особого шарма», о котором продудела сегодня ей все уши Светка, Люша в ней не нашла, но отметила подкупающую доброжелательность, энергию и умные глаза. «Непростая женщина, хоть и похожа на колобка», — первое, что подумала сыщица, обмениваясь с Евгенией улыбками.
— Я с радостью займусь загадочным дневником! Во-первых, жутко интересно, во-вторых, хоть какое-то отвлечение от мамашкиных хлопот. Быстровы, вон, за месяц выбились из сил, а я уже год оттрубила почти. Тимурчику в мае — годик, — пояснила женщина, с любопытством листая ежедневник.
Люша подумала, что она, наверное, сильно поправилась после родов, и ее это не слишком красило и добавляло годы.
— Евгения, я скажу заказчику, что появляются необходимые расходы на перевод. Сколько может стоить ваша работа?
— Да бросьте вы! — замахала на Шатову лингвистка. — Лучший тренинг, да еще и сжигатель калорий отличный! Проверено. Вы посмотрите, я уже рубенсовской красавицей становлюсь. Беда, просто беда, — по-девичьи поделилась наболевшим прежняя быстровская пассия.
— Конечно, хотелось бы с Сережкой повидаться — не общались сто лет, но мне, право слово, просто стыдно. Вот похудею, — Евгения задорно расхохоталась, сверкая белоснежными зубами.
Люша не знала, как и реагировать на недоговоренную фразу. «Похудеет — и что? Снова охмурит Быстрова? Вот щучка…»
— Да вы в прекрасной форме! Смело можете еще пяток килограмм прибавлять, — миленько прочирикала коварная Шатова.
Умная Женька засмеялась еще заливистее, будто сыщица попалась в расставленные сети.
— Буду благодарна, если вы мне позвоните, Евгения, как только раскроете страшные тайны погибшей бизнес-леди, — вернула разговор в деловое русло Люша.
— Конечно, Юля. В ту же минуту!
Женщины обменялись телефонами, и смешливая Женька, вкатившись за руль купе, отбыла, резво газанув.
Люша села в свою «Мазду» и тут же набрала Светку. Та глухо сказала: «Да».
Видно, пряталась от Быстрова.
— Полная ерунда! Тумбочка на колесиках. Меняй памперсы спокойно, — телеграфно доложила подруга, на что Светка промычала:
— Спасибо на добром слове, — и отсоединилась.
Брошенный Наташей в воскресный день из-за проверки тетрадей и домашних дел, которые наросли, по словам возлюбленной, как снежный ком, Владислав не находил себе места. Плохо спал ночью, бестолково отстоял положенные полтора часа на воскресной литургии, подавляя зевоту и досаду на самого себя, отчего лишь больше раздражался. Домой Влад пришел в необъяснимо тревожном состоянии. Тревога усилилась после того, как сыщик не смог дозвониться Сверчкову — абонент оказался недоступен. Сжевав без аппетита, лишь в угоду болезни, мюсли и бутерброд, запив все сладчайшим
кофе и сунув лекарства в карман куртки, Загорайло отправился в Переделкино, до которого приходилось пилить три, а то и все четыре часа: Можайка и в выходной оказывалась забитой. Впрочем, сыщик не слишком торопился — ему не хотелось застать подозреваемого в доме свекра. Требовался серьезный и откровенный разговор со Сверчковым с глазу на глаз. Конечно, вдовцу грозила опасность — ведь убийца должен был довести дело до конца, но сыщика успокаивало то, что очевидность подозрений не позволит действовать Олегу столь нагло. Не идиот же он, в конце концов!
В начале четвертого Влад свернул на дорожку, ведущую к новеньким коттеджам, и понял, что