Библиотека

Рано или поздно стр. 100

Размер шрифта
-
+
Тема

— А это еще что значит? — осведомилась Анджелина.

— Ничего! — отрезал он. — Просто пытаюсь вести себя вежливо.

— А звучит язвительно, — сказала она. — Я дивно провела время. У меня были дивные кавалеры.

— Полагаю, включая Уиндроу, — бросил он. — Выглядело так, будто вам нравится его общество.

— Так и было, — ответила она. — Чрезвычайно. Он очаровательный и забавный.

— Если память мне не изменяет, — заявил Эдвард, — всего два дня назад в Воксхолле вы мне сказали, что это был самый дивный вечер в вашей жизни. Что, каждый последующий вечер должен быть лучше предыдущего, чтобы доставить вам удовольствие? Не боитесь, что вам скоро не хватит прилагательных? Или «дивный» подойдет для всего?

— В Воксхолле я просто пыталась вести себя вежливо! — отрезала Анджелина. — Подумала, что обижу вас, может быть, даже раню, если не скажу, что мне понравилось то, что там случилось.

«Боже милостивый, — подумал Эдвард, — мы ссоримся, как парочка вздорных детей. Почему?»

Вчера он сделал ей предложение, потому что считал, будто скомпрометировал ее в Воксхолле, и еще потому, что все вокруг пришли к выводу, будто она самая подходящая кандидатка в графини. Она отказалась. Все в порядке. История закончена.

К его огромному облегчению.

Она вовсе не та женщина, которую он готов одобрить. Она понятия не имеет, как себя вести.

И какого дьявола она

явилась к Юнис? Несчастная Юнис!

— Вам нравится моя шляпка? — вдруг спросила Анджелина.

В полоску, красную и оранжевую. Вообще-то, хоть и кричащая, шляпка была довольно привлекательна. Небольшие твердые поля приятно обрамляли ее лицо, а высокая тулья придавала ей слегка милитаристский вид. Она определенно не пытается скрыть свой рост.

— Вы непременно должны заставить человека повести себя либо грубо, либо неискренне? — спросил Эдвард, чувствуя, как возвращается раздражение — да оно никуда и не уходило.

Анджелина повернула голову, и оказалось, что она улыбается.

— Однажды вы сказали мне правду, — отозвалась она, — и я рассмеялась, а вы улыбнулись. Это было славно.

— В таком случае она чересчур яркая, и нельзя сочетать эти цвета на одном человеке, уж не говоря об одном предмете одежды, — сказал он. — И она вам идеально подходит. Вашему характеру.

Ее улыбка сделалась еще шире, хотя она упорно смотрела на мостовую впереди.

— Сегодня ночью я буду лежать без сна, пытаясь решить, был это комплимент или оскорбление, лорд Хейворд.

— Немножко и того и другого, — коротко ответил Эдвард.

Ночью он тоже будет лежать без сна и гадать, куда деваются его хорошие манеры, когда дело касается леди Анджелины Дадли. Впрочем, она и святого выведет из терпения.

Анджелина засмеялась. Ее смех не может не нравиться. Не дамское хихиканье и не громкий гогот. Он всегда звучит просто весело. И очень заразительно, хотя Эдвард с ней смеяться не стал.

К своей великой радости, он увидел, что они уже приближаются к Дадли-Хаусу. Пройдя оставшееся расстояние молча, он остановился у ступенек, желая убедиться, что Анджелина войдет внутрь. Она тоже остановилась, повернулась и посмотрела на него.

— Я не собираюсь вас благодарить, — заявила она. — Я вам вовсе не благодарна.

— Я от вас этого и не ожидал, — ответил он. — И настаивал на том, чтобы вас проводить, вовсе не для того, чтобы снискать вашу благодарность. Я поступил так только потому, что это правильно.

Боже милостивый, думал при

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.