Рано или поздно стр. 136
Годдар, и это опять был вальс (все очень хотели танцевать вальс), и они все время разговаривали, глядя друг другу в глаза. Мисс Годдар просто светилась от счастья, а глаза лорда Хейворда тепло улыбались, хотя лицо оставалось спокойным.
О, они просто предназначены друг другу. В этом Анджелина не сомневалась — и, конечно же, это видят и его мать, и сестры, и бабушка. И сама она не может негодовать, потому что мисс Годдар ей очень нравится и она искренне желает ей счастья.
Почему, вместо того чтобы учить ее поэзии, и драме, и шитью с вышиванием, гувернантки не преподали ей самый главный урок — не объяснили, что, когда она выйдет из классной комнаты, жизнь станет по-настоящему сложной?
Но у нее имелась и вторая, куда более веская причина для отчаяния. Ведь она поклялась себе, что соединит мисс Годдар и графа Хейворда. Она зашла настолько далеко, что рассказала о своем плане мисс Годдар, чтобы та помогла ей осуществить это их общее «жить долго и счастливо». И мисс Годдар согласилась. А это значит, что она хочет графа Хейворда. Любит его.
Анджелина была так за нее счастлива, что спустилась вниз еще на одну ступеньку лестницы отчаяния.
А ответ может быть только один — удвоить усилия. Хотя все получается совсем не так хорошо, как она предполагала. Ну вообще-то не все. Господи, она сумела устроить так, чтобы и мисс Годдар, и лорда Уиндроу пригласили сюда только для того, чтобы обнаружить — лорд Хейворд ничуть не тревожится по поводу внимания, которое лорд Уиндроу оказывает его любимой женщине. Все это так удручает!
Утром Анджелина поехала на верховую прогулку с остальными гостями. Но мисс Годдар к ним не присоединилась, поэтому не было никакой возможности что-нибудь сделать. Какое-то время Анджелина ехала между лордом Уиндроу и Трешемом, говорившими о рыбалке, на которую собирались пойти после завтрака с несколькими другими гостями. Лорд Уиндроу также упомянул о том, что сегодня день рождения у его матери, так что позднее ему непременно придется поехать домой, чтобы пообедать с ней и переночевать, а вернется он завтра.
— Разве она не может приехать сюда? — спросила Анджелина. — Я уверена, кузина Розали будет просто счастлива, а мы все устроим для нее замечательный праздник.
Вероятно, не совсем правильно приглашать кого-то в дом Розали, не посоветовавшись с ней, тем более чтобы отпраздновать день рождения, но Анджелина не сомневалась — кузина не рассердится.
— Увы, — ответил лорд Уиндроу, — моя мать не отличается крепким здоровьем и ведет своего рода отшельническую жизнь. Если я хочу увидеться с ней в
ее день рождения, мне придется поехать домой.
— Уехав, ты нарушишь соотношение мужчин и женщин за столом, — заметил Трешем, — и Розали придет в ужас. Такие вещи многое значат для дам.
— Я далек от подобной низости. — Лорд Уиндроу улыбнулся Анджелине. — Придется придумать какое-нибудь решение. Скажите, леди Анджелина, существует ли в природе хоть один цвет, не представленный на вашей великолепной шляпке? Будет очень жаль, если он существует. Наверное, страдает сейчас в одиночестве на цветовой палитре, отвергнутый и удрученный.
Трешем зашелся смехом.
— Если такой цвет существует, — засмеялась и Анджелина, — пусть появится тут в виде пера или ленты, и я добавлю его к остальным.
— Ах, —