Библиотека

Религиозная память крестьянства в XX–XXI веках в селах Черноземья России стр. 29

Размер шрифта
-
+
Тема

1990 г. в области не был открыт ни один храм, тем более не было строительства культовых зданий. Закрывались же они ежегодно по нескольку.

Крестьяне II поколения, будучи детьми, из-за запрета в советский период, как и представители I поколения, продолжали посещать церковь со взрослыми или из интереса периодически посещали храмы самостоятельно.

«С бабушкой ходила в церковь, конечно. Не часто, раньше запрещалось» (Ракит., Ж, 1961).

«Да, запреты были, и все боялись этого, а все равно в церковь тайком ходили… интересно было. С подружками со школы. Мы боялись, чтобы учителя не увидели. Если учителя увидели, потом будут ругать нас. Но все равно нам было интересно… Родители работали, им некогда было» (Ракит., Ж, 1963).

Важно отметить, что в Ракитянском районе по сравнению с другими районами, которые находятся в центре внимания данного исследования, к 1960-м гг. действующей оставалась всего лишь одна Никольская церковь в поселке Ракитное. С октября 1961 г. по апрель 1982 г. настоятелем Свято-Никольского храма поселка Ракитное был великий подвижник и молитвенник архимандрит Серафим (в миру Дмитрий Александрович Тяпочкин). Ракитное во время его служения стало одним из знаменитых духовных источников, куда приезжали люди из разных концов страны. Сегодня могила архимандрита Серафима на церковном дворе Свято-Никольского храма является местом поклонения многих сотен верующих и паломников из разных концов России и Украины. 1 августа 2007 г. во дворе Свято-Никольского храма поселка Ракитное был открыт памятник архимандриту Серафиму. За последние годы в районе сделано многое для возрождения православия: построены храмы Святой мученицы Татианы в селе Бобрава, Пресвятой Богородицы в селе Венгеровка и поселке Пролетарский, Святителя Димитрия Ростовского в селе Дмитриевка.

«Бабушка ходила в церковь и маленьких нас водила. Конечно, когда я уже работала, проработала в Доме культуры очень долго, более 35 лет, запрет был в то время, когда мне было 28 лет, но все равно ходили… на Пасху, например, вечерняя служба до ночи. И мы ходили, конечно. Не тайком. Я, например, никогда особенно этого не скрывала. Потому что я верующий человек. Хотя в церкви не так часто бываю. Но я глубоко верю. Никто не учил нас этому. Мать верила в душе, но в церковь не ходила. Потому что далеко было ходить и совершенно некогда. В церковь ходили только на Пасху святить. И всё. Это сейчас мы отмечаем, а в то время никак не отмечали. Знали, что Троица, знали, что Рождество. Знали, что церковные праздники, но отмечать никто не отмечал. На Троицу дом украшали. Это сейчас стало модно ничего не украшать и никого не приглашать в дом. А раньше – траву зеленую с цветами накосят, разложат на полу…» (Каст., Ж, 1957).

«Нас не пускали вообще в церковь. Мы тайком. Учителя постоянно стояли на воротах в Касторном. Невозможно было пройти в церковь. Иной раз и не попадались, они отвлекутся, может, и не было учителей, ходили с бабушкой. Иной раз, она на улице нас за калиткой оставляла, мы там сидели, потому что невозможно было. Коммунистам не разрешалось тоже. Коммунисты тоже не ходили раньше в церковь» (Каст., Ж, 1965).

«В церковь ходил с бабкой. С отцом нет, он был коммунист… Председателем сельского совета был. Потом был директором школы… С бабкой ходили, еще маленький был, помню. Отец

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.