Библиотека

Роман с куклой стр. 106

Размер шрифта
-
+
Тема

было пусто, за окнами летали голуби. Темные, закопченные лики суровых святых глядели на него со всех сторон. Казалось, они спрашивали: зачем ты здесь? Чего ищешь?

В Москве Михайловский не сомневался в своих планах, он хотел разгадать тайну сибирского адмирала, хотел, как историк, потешить свое самолюбие. Но здесь все перевернулось с ног на голову…

Здесь он невольно стал думать о Еве. Она не увозила от него сына в чужую страну, она не затевала скандального развода и тем на первый взгляд выгодно отличалась от двух его первых жен. Но на самом деле она была хуже их. Она лишила его покоя. Она отняла у него душу. Она была не человеком, а злым демоном…

Чтобы не думать о жене, Михайловский вернулся в архив, принялся вновь разбирать бумаги. Жития святых, псалтыри, молитвословы – старинные, находка для столичных букинистов, некоторые – просто раритетные издания! Раньше бы Михайловский дрожал от радости, прикасаясь к этим книгам, но теперь в нем ничего не отзывалось. Это Ева, Ева умертвила его, лишила радости жизни, превратила в ходячий труп, перед которым только одна задача, одна цель… Ну найдет он золото Колчака, а потом что?..

Внезапно на пол, подняв небольшой фонтанчик пыли, хлопнулась какая-то брошюрка в клеенчатом переплете. Михайловский поднял ее, раскрыл. Поначалу ничего не понял – на пожелтевших сухих листах бледной фиолетовой вязью разбегались буквы. Больше всего это напоминало очередные записки какого-нибудь председателя колхоза, еще времен коллективизации.

Потом…

«Господи, спаси и сохрани меня, раба Божьего Арсения Гуляева, дай закончить мне сей труд, призванный открыть правду о Верховном правителе и делах его на сибирской земле…» – эти слова, в старинной, дореволюционной еще, орфографии вдруг, точно вспышка, ударили Михайловскому в глаза.

Он почувствовал, как ноги у него обмякли, дыхание пресеклось. Не может быть…

Михайловский сел на тяжелый деревянный табурет, положил себе раскрытую тетрадь на колени, потер виски. Надпись на титульном листе не оставила у него никаких сомнений.

Это был дневник прапорщика Гуляева, тот самый, который все считали выдумкой, мифом. Тот самый дневник, который он искал. Михайловский осторожно перевернул следующую страницу – та потрескивала от старости, норовя рассыпаться в прах прямо в руках. Впрочем, ощущение это оказалось обманчивым – бумага была еще крепкой и потрескивала только на сгибах.

Дальше записи шли плотно, одна строчка примыкала к следующей, словно Гуляев экономил место, фиолетовые буквы впечатывались одна в другую. «Наша армия гнала красных на сотни верст, и если бы тыл поддержал бы нас, если бы среди высших чинов было больше согласованности, то она бы рассеяла дивизии большевиков, отбросила бы их за Уральские горы! И тогда путь на Москву был бы чист, тогда весь народ пришел бы к нам и открыто встал под знамя Верховного правителя! Большевики и прочая социалистическая нечисть были бы уничтожены светлым гневом народных масс!..»

– Не все так просто, друг мой, не все так просто… – машинально пробормотал Михайловский. У него больше не оставалось сомнений – это был дневник Гуляева, того самого Гуляева. Чего стоит эта экзальтация в каждом слове, этот напыщенный тон… Судя по свидетельствам очевидцев, Гуляев был несколько истеричным субъектом.

Михайловский углубился в чтение. Тускло мерцала керосиновая лампа. Михайловский дошел до того места, где

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.