Роман с куклой стр. 132
не каждый день ездит! – хором закричали ребятишки.
…На лошадях Ева когда-то ездила – давно, в ранней юности. Пожалуй, лошади вызывали у нее большее доверие, чем все прочие виды транспорта. Это были живые существа, а не коварные механизмы, изобретенные хитрым человеческим разумом. В них была та исконная простота, которая так нравилась Еве!
– …У нас тут раньше проселочная дорога была, – рассказывал Еве Федор, труся рядом на гнедом жеребце. – К монастырю она вела нашему, староверческому. А в тридцатые годы, значит, монастырь разрушили. Монахам паспорта дали и заставили работать в миру. Кто-то не захотел, ушел еще глубже в тайгу, но все равно – то рыбаки, то охотники натыкались на упрямцев. А кто наткнется, тот обязан был об этом донести!
– Зачем?
– Ну как? Не положено было жить по своей воле! А после того к староверам засылали человека, который говорил, что хочет уйти от мира, принять крещение и жить с ними. Староверы давали ему испытательный срок, говорили, когда будет назначено крещение. А человек исчезал! Опосля приходили люди, которые забирали всех в лагеря… Не, нам сейчас грех жаловаться, нашу веру теперича никто не трогает! Да, вспомнил – Петрович твой церковью в Синичке интересовался. Церковь там Николая Чудотворца есть – но она не нашей, а вашей веры – новой…
У Евы голова кругом шла, она ничего не понимала – ни в старой, ни в новой вере, и чем одна от другой отличается. Был бы Даниил, он бы все ей растолковал…
– Ну вот, была тут дорога, а теперь нету… Только на лошадях и можно проехать, а иначе никак! Тропинка вон как скачет, то вверх, то вниз: внизу болота и лужи, а вверху сплошной лес… А вот там, за осинками, – узкоколейка, – указал Федор. – Раньше чуть не до города шла, честное слово! Это ж только гадать можно, как ее люди прокладывали, ценой скольких жизней! Она положена по непроходимым болотам – беспрерывная
каменная насыпь высотой в два, а то и в три метра. Узкоколейка через несколько деревень проходит, а Синичка – самая последняя из них. Потом тебе пехом идти придется – ты учти это, молодка…
– Ничего, справлюсь! – бодро воскликнула она.
Лошади вышли из осинника, и только тогда Ева узрела собственными глазами эту самую узкоколейку – нечто вроде железной дороги. Но дрезина – то, на чем надо было ехать по этой дороге, – вызвала у Евы оторопь.
Небольшая деревянная платформа на колесиках и с мотором. Без кресел, без бортов – того и гляди, что свалишься вниз на повороте!
Перевозчик – глухонемой мужик с бледным и равнодушным лицом скопца, брал с желающих прокатиться деньги. Цена была копеечной, но риск… Кроме Евы, желающих было немного – хмурая рябая тетка с подбитым глазом, везущая в корзинке петуха, старик, невыносимо пахнущий каким-то особым, сельским запахом (кислой овчиной, что ли?), и древняя старуха, которой тоже надо было в Синичку. Она зыркнула на Еву подозрительно и, растолкав всех острыми локтями, шустро закарабкалась на платформу, заняв самое удобное место.
– Поехали, что ли! – раздраженно закричала тетка с подбитым глазом. – Не век же нам тут куковать, ирод…
«Ирод» завел мотор. «Эта штука будет посильнее «американских горок», – вцепившись в какую-то железку, невольно подумала Ева.