Роман с куклой стр. 133
И еще подумала – подобный вид транспорта в любом другом месте давно бы запретили, уж больно он был опасен! Никакой страховки, никакой техники безопасности…
Первой сошла тетка с петухом. Потом – старик. Дышать сразу же стало легче. «Ирод» снова завел мотор – но в нем что-то чихнуло, сверкнули искры…
– Починять будет… Энто на€долго! – заметила оставшаяся старуха и тут же улеглась на бок. Через минуту она уже сладко похрапывала. Ева достала из своего рюкзака книгу – «Белый адмирал» (автор Д.П. Михайловский, твердый переплет, суперобложка, год издания – нынешний) и углубилась в чтение.
«К населению России, от 18 ноября 1918 года. Всероссийское Временное Правительство распалось. Совет Министров принял всю полноту власти и передал ее мне, адмиралу русского флота Александру Колчаку. Приняв крест этой власти в исключительно трудных условиях гражданской войны и полного расстройства государственной жизни, объявляю: я не пойду ни по пути реакции, ни по гибельному пути партийности. Главной своей целью ставлю создание боеспособной армии для победы над большевизмом и установление законности и правопорядка, дабы народ мог беспрепятственно избрать себе образ правления, который он пожелает, и осуществить великие идеи свободы, ныне провозглашенные по всему миру. Призываю вас, граждане, к единению, к борьбе с большевизмом, труду и жертвам…»
* * *Четырнадцатого ноября Омск пал.
На башне бывшего здания Совета министров взвился красный флаг.
Белые войска отступали на восток, надеясь там найти для себя спасение – туда шла вереница из эшелонов. Служащие военных и гражданских учреждений, военные – все двигались в одном направлении. Этой же дорогой бежали иностранные войска – чехословацкие, румынские, польские… Огромная, растянувшаяся на сотни километров масса объятых страхом людей убегала, а за ней неумолимо, словно рок, двигалось войско красных.
На одном из перегонов вагон, в котором ехал Митя, обстреляли. Он был ранен – легко, в руку, и поначалу весьма наплевательски относился к «какой-то там царапине».
Тем более что небольшому отряду приближенных к Верховному правителю людей (в том числе и ему, Мите) была поручена некая миссия.
Они выгрузились на одном из полустанков, где стояло уже несколько саней, запряженных лошадьми. И далее обоз направился своим путем, неизвестным тем, кто остался вместе с основной частью беженцев. Лишь Александр Васильевич, продолжавший свой путь в Иркутск, был в курсе происходящего – куда и зачем двигался отделившийся обоз.
Хотя зима в этом году началась поздно и довольно долго сибирские реки не замерзали, холода стояли до тридцати градусов.
Во время остановок Митя пытался писать на клочках бумаги – по сложившейся у него уже давно привычке.
Он описывал Соне Венедиктовой каждый свой шаг, тем самым поддерживая иллюзию непрерывного с ней общения. Митя не мог не делать этого – иначе у него пропало бы всякое желание жить.
Обоз полз вперед, оставляя за собой мертвых – тех, кто не выдержал этого перехода.
Но не мороз, который Митя так не любил, а нечто другое стало угрожать его жизни.
– Слушай, Макс, – однажды он обратился к своему товарищу, когда они тряслись на санях по снежной дороге. – Кажется, у меня началось заражение крови…
– Ты шутишь? – мрачно спросил Макс, похожий на Деда Мороза – борода на его лице заиндевела. С начала отступления Макс Эрден решительно