Рубаи стр. 179
30
Это рубаи является вариантом рубаи № 563. В книге индийского ученого Тиртха (см.: Библиография, I, № 6) они приведены под разными номерами как самостоятельные четверостишия.
31
Этот перевод сделан по строфе 88 поэмы Э. Фитцджеральда, в которой использованы мотивы следующего хайямовского четверостишия:
Говорят, что в Судный день будут розыски
И тот дорогой друг будет суров.
От чистого блага может изойти только благо, —
Будь спокоен, конец будет хорош.
Перевод В. А. Жуковского, см.: Библиография, II, № 4.
32
Это рубаи приписывается также Хафизу. Следующий перевод А. Ревича сделан по его дивану:
С чашей вина над ручьем развлекаться надо,
Скорби и горестных дум опасаться надо.
Роза цветет десять дней, также краток наш век.
А посему нам всегда улыбаться надо.
33
Тело-темницу уничтожив. Имеется в виду самоубийство, которое осуждается по Корану.34
Первая строка этого рубаи в некоторых изданиях приведена в следующей редакции: «Ман пестам он, к-аз рафтанам бим ояд» («Я не тот, кто боится смерти»).
35
Точный перевод второго бейта:
Не надейся на свое богатство и свою красоту, —
Ибо унесут ночью и то, унесут ночью и это.
36
Точный перевод первой строки:
Если весь мир укатится, как мяч, в яму
(имеется в виду игра в конное поло — «чавгонбози»), В публикуемом переводе «гав» (яма) ошибочно переведено как «куй» (улица).
37
203, 205. Эти два рубаи отличаются друг от друга только первыми бейтами, второй бейт у них один и тот же. Первое из них опубликовано в более доступном московском издании 1959 г. (см.: Библиография, I, № 5), поэтому переводилось на русский язык несколькими поэтами; рубаи № 205 содержится в издании Фуруги (см.: Библиография, I, № 1), переведено только Г. Плисецким.
38
Точный перевод второго бейта:
О, как было бы хорошо, если любой грех вызывал опьянение,
Чтобы не встречал я ни одного трезвого на свете.
39
В мемуарах Н. В. Крандиевская-Толстая (Н. В. Крандиевская-Толстая. Воспоминания. Л., 1977. С. 28–29) пишет, что А. М. Горький преподнес ей пять томов Шекспира и на первой странице первого тома написал следующие стихи из Омара Хайяма:
Если яд мудрец предложит —
Не смущайся, смело пей!
Даст дурак противоядье —
Вылей на землю скорей!
Эти стихи являются переводом второго бейта данного рубаи, опубликованного В. Величко в 1894 г. (см.: Библиография, II, № 2), У Величко вместо «дурак» — «глупец».
40
Это рубаи переведено на русский язык более двадцати раз. В тринадцати из них слова «луъбатагон» и «луъбатбоз» переведены соответственно как «куклы» и «кукольник», в остальных — «пешки» и «игрок» (шахматист). И. Линдер опубликовал в 1978 г. статью (см.: Библиография, II, № 76), в которой отдает предпочтение второму варианту трактовки этих слов. Это значение использовано в следующем переводе И. Сельвинского:
Мы только пешки, тогда как судьба — игрок.
И это не образ: играет воистину рок.
Так будем же двигаться по доске бытия.
А там чередом — один за другим — в сундучок!
41
Второй бейт этого рубаи имеет различные редакции в разных изданиях. Следующий перевод Т. Зульфикарова сделан по редакции московского издания 1959 г. (см.: Библиография, I, № 5):
Чтоб знать о жизни вечной, я прильнул
Губами жадными к хмельному кувшину.
«Побудь со мною