Библиотека

Русский транзит стр. 53

Размер шрифта
-
+
Тема

море. А вокруг рожи: «Рашен френд!». Запросто мог с новыми дружками вплоть до Англии плыть, но… отказался, замандражировал и на первом же попутном, то есть встречном, конечно, рыболовном судне вернулся. И никто ничего не узнал, не поднял хай! Ба-а-ардак!

Следовательно, при желании можно и за кордон. Но пока не было у меня такого желания. Драпать с имиджем уголовника? А страна Советов уже одной ногой в Интерполе. Найдут и выдадут. Или еще похлеще: закордонные приятели Миши Грюнберга там меня найдут и… не выдадут. Эти – не выдадут. Эти – сами справятся. Так лучше я на родной территории поскрываюсь!

Но до каких пор?! И чем все может кончиться для меня?! Ясно, чем!.. Надо все же попробовать найти общий язык – нет, не с мафией: тут стоит мне только высунуться, и немедленный конец – упокоюсь где-нибудь в озерце на Карельском перешейке. И с КГБ общий язык искать – не доискаться. Но может ведь Валька Голова еще быть «не в курсе»? Может он еще чуть побыть Валькой Головой, а не офицером Головниным?! Он ведь сам спрашивал, когда пересечемся? И я ведь сам сказал: в Апраксин съезжу, а там перезвоню.

Перезвоню…

Мы договорились встретиться на выходе из метро «Площадь Восстания». Наверху. Не у эскалатора, а на свежем воздухе. Там, где «напильник».

– Давай лучше где-нибудь, где народа поменьше. Еще потеряемся, не найдем друг друга.

– Найдем. Мне на метро удобней.

– А что, от БТРа отказался?

– В цене не сошлись. Я на своих двоих.

– Ну-ну. Только не опаздывай. У меня сегодня расписание – по минутам.

– И у меня…

Голос у Вальки был самый обычный. Не очень похоже, что он в курсе всех передряг. Нормальный дружелюбный голос. Однако дружба дружбой, а подстраховаться не мешает.

Я подстраховался: на метро – значит, без машины. Посмотрим… и в зависимости от того, что увидим, определимся.

Припарковал «девятку» у гостиницы – у «Октябрьской» машин как всегда было достаточно, чтобы затеряться среди них. За час до назначенного срока сосредоточил внимание – наблюдал краем глаза (легенды о том, что многие чувствуют на себе чужой взгляд, не только живучи, но и обоснованны – особенно если эти «многие» служат в известном ведомстве). За полчаса до встречи, как мне показалось, на площадке, на ступеньках перед станцией метро прибавилось молодых крепких парней. Вот-вот! Те самые «многие», почти неотличимые от основной массы – спешащих, скучающих, торгующих сигаретами, глазеющих на витрины кооперативных киосков. Вероятно, подспудно я этого ожидал. «Еще потеряемся…»- сказал Головнин. То-то призвал в помощь ораву сослуживцев – не разминуться бы. Или ошибаюсь? Мнительность?

Нет, не ошибаюсь. Из вестибюля метро вышел сам Валя, сам Валентин Сергеевич. Он с отсутствующим видом прохаживался на небольшом пятачке, изредка поглядывая на часы. Надолго хватит терпения? Естественно, я и не подумал вылезать из машины или обнаруживать себя приветственными взмахами руки.

Терпения у Головнина хватило на сорок пять минут. Он осознал, что меня уже не будет, и сам взмахнул рукой – не мне, но молодым, крепким парням, сослуживцам, группе захвата, или как их еще назвать. Все отменяется.

И для меня отменяется. Хорошо, что еще сообразил засесть в машине, отследить… Возможность объясниться по-человечески отменяется. И какой-либо новый звонок

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.