Русский транзит стр. 740
Сперва фроляйн-мисс за ним ходила, потом генерал ее сменил. А ребенок-Марси был резов и мил. И мне еще кто-то будет жаловаться на предательство!!! Вот, блин, родственные чувства, сочетаемые в неравных пропорциях с чувством долга перед Богом и страной (у каждого – свои: и Бог, и страна). Отстаньте, я из всей этой херни только «Овода» читал. И забыл давно. И вспоминать не хочу. И не буду. Такой я простой – Евгеньич. Бояров. Простой. Как мычание. А на большее не способен. Мычание – и только.
Оно и было. Где мы с дядь-Гошей находились, сколько людей вокруг и есть ли они, минута прошла
или вечность, – не могу сказать. И действительно не могу – только мычание. Да, пожалуй, американцы не уступят нам по части всяческих ВИЛ-7, ВИЛ-77, ВИЛ-777. Ежели кто из вас когда-либо зубы, к примеру, лечил под общим импортным наркозом, то может представить мое состояние, только пусть умножит на три.
Короче, мои полушария способны были что-то воспринимать только после многократного повторения – то-то дядь- Гоша одну и ту же тему вдалбливал мне и так и сяк. А я сосредоточился на его пуговично-скарамушьих глазах, на его ступенчато-скарамушьем носе с торчащими из ноздрей седыми волосками – пытался вернуться в этот лучший из миров… во всяком случае, отнюдь не худший, невзирая на изобилие в нем предателей всех и всяческих мастей.
Марси. Итак, она специальный агент. Два года совместной жизни. «Мы ведем вас два года». Специалист по вопросу: исчерпывающие консультации о специфике ФБР. Как же, как же! Хантер-колледж. Чему-то их там учат. Многому. И не в Хантер-колледже. (К слову, основной контингент учащихся в Хантер-колледже – соплеменники Ваарзагеров-Перельманов. А Марси – ирландка в надцатом поколении!). И все байки про любовь, и все истерики про ревность, и вся эта «сивка-бурка, вещая каурка»- мгновенное появление в нужный момент в нужном месте… «Она меня хорошо чувствует». Да- да. И по следу ногтя в телефонном талмуде отыщет, и к домику Перельмана поспеет среди ночи по зову души, и от фебрил отмажет в силу давних знакомств. Лапша на уши! Любовь слепа, а ты Бояров отныне – зрячий мудак. На тебя, на живца, два года ловили рыбку большую и маленькую. Богатый улов. Гляди, ребя, такая крохотуля, в чем только душа держится! А – улов-то, улов!!! Любопытно, спецагент Арчдейл собственноручно проводила захват нелегала-таблоида Галински? Я бы поглядел, честное слово! Я бы оценил! Как специалист – в своей области. Небось по части каратэ мисс Арчдейл не уступит киношной Катьке, то есть Синтии Ротрок, упомянутой мною как-то… Да-а-а. Вот уж летят гуси, иначе не скажешь. Полетели-полетели, на головку сели. Ирландские дикие гуси. Кыш! Насрать и розами засыпать!
Теперь – дядь-Гоша. Постарался, за моей спиной, ради меня выторговал у фебрил: за дискету – Боярова с таким счастьем, как чемодан баксов, и на свободе. Говорил-то он со мной по-русски, но толмачей рядом было в избытке, хоть и не фокусировались они в моем сознании. Не все же фебрилы владеют русским в пределах «за-стэн-кьи Лью-бьян-кьи» Тэрри Коудли. Да и он вполне мог дурака валять. Говорю же, отличные актеры вы все, мальчики-девочки. И дядь-Гоша тоже неплох: «Я знаю тебя очень хорошо,