Библиотека

Сборник работ. Восьмидесятые стр. 16

Размер шрифта
-
+
Тема

школа в райцентре Умба. Из 24 учеников предвоенного выпуска 22 ушли на фронт. Пятнадцать погибли. Учителя — первая интеллигенция на Терском берегу — своими руками строили школу, имея бронь, они уходили на фронт добровольцами, рядовыми.

В очерке рассказывалось о проводах на фронт, о том, как от деревянной пристани отчаливали переполненные боты, а в них — одни девочки, выпускницы школы. На берегу — родители, вдоль берега по осыпающимся камням бежит мужчина, плачет, кричит: «Лучше я, я вместо тебя!..» Это отец Лены Пузыревой. Его на фронт не брали по возрасту, но потом и он ушел — добровольцем.

Это все земляки мои, о которых в свое время по малолетству ничего не знал. Пришло несколько писем — единицы (кому писать: большинство погибли, другие умерли), в них — уточнения, подробности.

Одно письмо — особой ценности. Выпускница 1941 года узнала на фотографии, опубликованной в «Известиях», всех учеников предвоенного выпуска. С некоторыми из них пересеклись ее фронтовые дороги (не совсем случайно: многие воевали на Севере). В рассказе о том, кто кем был и какими они были, видится портрет целого поколения, портрет Времени. 30-е годы, 40-е…

Здравствуйте! Пишет Вам та самая Лена ПУЗЫРЕВА, о которой Вы упомянули…

Давно это было, но до сих пор проводы на войну стоят перед глазами. Обычно старались увезти ночью, чтобы меньше реву было, но в те сутки море штормило, с ночи отложили на утро, с утра на дневные часы, сбежался весь поселок, бабы голосили, мужики смахивали слезу, милиция, сцепившись за руки, сдерживала натиск, не давала никому броситься в море, а мы с песней «Последний нонешний денечек гуляю с вами я, друзья…» отчалили от берега в Малой Пирьгубе. Больше суток болтались в штормовом море (норма 8—9 часов для такого бота), пока добрались до Кандалакши, могли утонуть, шли мы автономно. Две группы девушек были вывезены раньше, тоже по отдельности, только ночью. Мы были последней, третьей, группой, больше райкому комсомола мобилизовать было некого, мужчины шли по линии военкомата.

Отец мой с войны вернулся, проживал в Умбе, там и похоронен. До сих пор старушки поминают его добрым словом: первую военную зиму он жил в Умбе и соглашался починять валенки за деньги (другие пайку хлеба требовали). Вашу тетю — Фалю Богомолову — тоже помню. Она была миловидной девушкой, по характеру спокойная. В войну слышала, что ей оторвало ногу, что ранения были смертельными.

Если сохранились Фалины письма, там должен быть номер полевой почты, это помогло бы при запросе о ней.*

Я не сразу решилась Вам написать, но, может быть, Вы еще вернетесь к теме о земляках, и мои воспоминания Вам пригодятся. Я весь класс помню, фотография которого помещена в газете. Фаля во втором ряду третья справа. Учительница Павла Григорьевна Смирнова в первом ряду первая слева. Она была нашей классной руководительницей, когда в 1937 году ее «взяли» и увезли в Архангельск. Мы ее жалели, но хотели, чтобы ее продержали до лета, не хотелось нам географию учить, она очень строгая была. Отпустили ее через месяц или два, мы опять радовались, на географию поднасели. Помню разговоры взрослых о том, что спасло ее участие в революционной деятельности, когда она была гимназисткой, что она

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.