Библиотека

Сколько зим… стр. 158

Размер шрифта
-
+
Тема

платок. Грибанов подумал, что в мотоцикле она выглядела моложе и что сейчас ей спело можно дать двадцать три или двадцать четыре года.

Он достал из чемодана бутылку коньяку.

- Ясно, почему он так перепугался, когда я уронила чемодан.

Добираться до клуба пришлось, прыгая с кочки на кочку, потому что к ночи потеплело и грязь лежала на дороге, и возле нее, и у заборов, жидкая, ни с чем не сравнимая, чавкающая грязь.

Клуб приближался, большой, весь в огнях, точно океанский корабль. У входа, нанизанный на лампочки, висел щит из прогрунтованного полотна, и синие скошенные буквы хватали людей за подбородки: «СЕГОДНЯ НОЧЬЮ ПОГИБНЕТ ГОРОД».

А какой фильм шел тогда? Он так и не посмотрел этот фильм. Но название… оно осталось в памяти, будто шрам. Кукольное женское личико с глупой улыбкой и зазывная надпись: «Мein bestes Madchen». «Моя лучшая девушка».

Подъезжали машины. Двери кинотеатра открывались и закрывались. На темный тротуар ежесекундно падала полоса света. Сеанс начинался. Тогда Хари подал знак. И они пошли.

В пятом ряду пустовал островок из нескольких мест. В четвертом, третьим с краю, сидел немецкий офицер. Немецкие офицеры, во всяком случае в Эстонии, имели привычку отстегивать ремни и вешать их на спинку стула. Вот и этот офицер, коверкая эстонские слова, болтал с длинноволосой женщиной, а позади, закрывая номер кресла, свешивалась кобура пистолета.

Погас свет.

Хари сел за офицером. На экране мелькали кадры военной хроники. Диктор кричал об успехах германской армии, о вдохновенном гении фюрера. Помедлив, Хари подался вперед и начал расстегивать кобуру.

Им было тогда но семнадцать лет. И Грибанову, и Хари, и Юхану - сыну сапожника Петерсона. И это было их первое дело. Настоящее, но слишком рискованное. Верные дела будут потом. А сейчас… На экране рвались бомбы, пикировали самолеты. В зале стоял такой шум, что, казалось, разряди пистолет в спину немца - никто не услышит. Пистолет лежал в кармане плаща Хари. Нужно уходить. Согнувшись, Хари пошел назад и сел на одно из свободных мест. Грибанов и Юхан следили за другом. У них свое задание - на крайний случай. По особому знаку, поданному Хари (он коснется переносицы правой рукой), они должны бросить в зале дымовые шашки. Если же все будет хорошо, то, дождавшись конца хроники, во время пятиминутного антракта ребята уйдут из кинотеатра.

Но хроника не кончилась. Свет вспыхнул внезапно. В проходе стоял офицер, держа в руках пояс с пустой кобурой. Рядом с ним - трое гестаповцев. Один поднял руку и громко сказал:

- Аufstehеn!

Крышки кресел захлопали, словно пулеметы. Гестаповцы начали обыск. Работали втроем сразу. Деловито, без суеты. Один, перебирая пальцами, скользил руками вдоль тела обыскиваемого. Второй выворачивал карманы. Третий осматривал место.

Хари побелел. Кто знает, что за мысли были у него в голове. И, может, он немного перепугался. Скорее всего так оно и было. Но он струхнул не настолько, чтобы достать пистолет и устроить в кинотеатре тир. И в конце концов правильно оценил обстановку и решил переправить пистолет к Грибанову или к Юхану. Потому что они стояли, первый - на ряд, а второй - на два ряда впереди Хари. И уже успели во время обыска передать друг другу дымовые шашки.

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.