Смерть на обочине стр. 13
головой. Странно. Подобные вещи следует знать.
Услышав, что сам Сперанский происходит из одного с ним сословия, титулярный советник словно воспрянул духом.
– Александр Иванович, вы сказали, что Леночка с вашей дочкой подружилась – это хорошо или плохо? – спросил я.
– Да как сказать… – пожал плечами Виноградов, хитренько посмотрев на меня. – Ежели записки любовные через папку подруги передавать – это плохо, но то, что Леночка мою дочь по французскому языку подтягивала, вроде и хорошо. Татьяне моей французский не сразу дался. Леночка с ней месяца два кряду билась, все получилось.
Мысленно похвалив Елену за помощь подруге, заступился за дочку титулярного советника.
– Дочка у вас умница, – похвалил я девушку. – Историю государства Российского прекрасно знает, литературу. А иностранные языки не сразу даются. Мне самому английский язык дался быстро, с немецким труднее было, а французский – прямо беда. Таня, Татьяна Александровна, по-французски лучше меня говорит.
Я абсолютно не врал, пусть мы с девушками по-французски еще ни разу не разговаривали и, смею надеяться, разговаривать не станем. Но это само собой разумеется – Татьяна изучает язык не первый год, я только третий месяц. К тому же отцу приятно, когда дочь хвалят. А Виноградов дядька-то ничего. Вон, записочку мне передал. Что там, любопытно? Надо бы почитать, но опять задержал старший коллега.
– Дочка-то у меня умница, – согласился титулярный советник, но как-то грустно. – Куда только она со своим умом пойдет?
– Таня мне говорила, что мечтает попасть на Бестужевские курсы, на словесно-историческое отделение, – сказал я.
– Мечтать-то можно о чем угодно, а что толку?
– В каком смысле? – не понял я. – Экзамены на курсы сдавать не нужно, аттестат у нее будет отменным, поступит.
– Поступить-то она поступит, – проворчал Александр Иванович. – А учить-то я ее на какие шиши стану?
– А разве курсы не бесплатные? – удивился я.
– Бесплатные – держи карман шире, – нервно сказал Виноградов. – Сто рублей в год, не хотите? Это не двадцать пять за гимназию отдать.
– Хм… Я даже не знал.
Конечно же не знал. Я даже не знал, сколько платил за обучение своего сына вице-губернатор Чернавский.
– Ну, сто рублей вы осилите.
– Сто-то рублей осилю, а все остальное?
Ох ты, боже мой! Не додумал. Мало заплатить за учебу, девчонку еще понадобится одевать-обувать, квартиру снимать, учебники и тетради оплачивать. Да, еще и кормить бы неплохо, хотя бы раз в день.
– Вы не прикидывали, во сколько обучение Татьяны встанет? – поинтересовался я.
– Как не прикидывал? – невесело улыбнулся Виноградов. – Квартиру снимать в Петербурге – это вам не Череповец, худым концом, придется тридцать рублей в месяц выкладывать, да за дрова платить – еще не меньше пяти. Поесть – кладем хотя бы рублей пятнадцать-двадцать. Одежду с обувью – ладно, это мы тут купим. Тетрадки, ручки – тоже все здесь. Учебники на курсах вроде бы за счет платы за обучение выдают. По мелочи – не знаю, что именно, но всегда что-то выскакивает непредусмотренное, это еще не меньше трех, а то и пять рублей.
Согласен с титулярным советником. По мелочи тоже потребуется – мыло закончится или порошок зубной, гребешок потеряла. Или, предположим, каблучок отлетел, набойку поменять. Еще хорошо, что моему коллеге не нужно давать дочери деньги на колготки, нижнее белье и губную помаду, а