Библиотека

Стеклянный дом, или Ключи от смерти стр. 139

Размер шрифта
-
+
Тема

спросить больше не может. Пора было заканчивать, и я, появившись на пороге комнаты, произнес положенным мне по роли тоном «доброго» следователя:

— Погоди, друг, может, мальчик не так уж сильно завяз. Может, ему еще можно помочь. Отец-то знает, чем ты занимаешься? Да или нет? Отвечай!

Но тот только и смог, что в отчаянии затрясти отрицательно головой, от чего вдруг градом покатившие у него из глаз слезы стали разлетаться по сторонам, как из дождевальной установки.

— Наверное, не хочешь, чтобы он узнал? — уточнил я участливо.

В ответ на это дождевальная установка прибавила мощности.

— Хорошо, — согласился я устало, но строго. — Пакость эту спустим сейчас в унитаз. И на первый раз простим тебя. Но будем следить. Понял?

Теперь он так яростно закивал своей башкой на тонкой шее, что я испугался, как бы она не отвалилась. Мент, живущий где-то в глубине моей печенки, требовал, конечно, куда более существенных процессуальных действий. Но его протест был мною легко подавлен: я не имел права ставить под удар успех всей операции. Примерно шести минут мне хватило на то, чтобы поставить «жучки» на телефоны в кабинете и в спальне. Теперь следовало сматываться.

В конце концов, Андрей Игоревич Эльпин не нанимал нас специально заниматься воспитанием своего отпрыска. А мы и так уже проделали за него в этом направлении большую работу. Причем совершенно бесплатно.

22. Голубь мира

Прокопчик любит говорить, что из всех врачей он больше других доверяет патологоанатомам. К месту и не к месту он повторяет: «Вскрытие покажет!» Сегодня, к сожалению, это оказалось к месту.

Вскрытие показало, что Борис Федорович Блумов, его жена и водитель-охранник были убиты на месте выпущенными в них из трех автоматов Калашникова семьюдесятью двумя пулями калибра 7,62 мм. Оно также показало, что неоднократно судимый вор-рецидивист, недавно освободившийся из мест заключения, — Рыбников Виктор Павлович по кличке Мойва — скончался в результате несовместимых с жизнью множественных травм внутренних органов, явившихся

следствием падения с большой высоты. Все это скучным голосом сообщил мне по телефону Шурик Невмянов, большой муровский начальник. Закончив читать по бумажке, так сказать, констатирующую часть, он еще более скучным, даже, я бы сказал, унылым тоном перешел к резулятивной:

— Как ты просил, я сегодня утром сделал запрос по Мойве. И вот сейчас на другой трубочке ждут товарищи из отдела по заказным убийствам. Они тоже этим типом с сегодняшнего утра очень интересуются и вполне резонно любопытствуют, в какой связи им интересовался я.

— Бедный Шурик! — вздохнул я. — Мне глубоко понятны твои страдания! Ты терзаешься сейчас непереносимой мыслью, что должен выдать старого друга... Не терзайся, выдавай! Можешь сказать товарищам на трубочке, что вчера частный детектив Северин С. А., лицензия номер... Ты записываешь? Ага, хорошо, номер пока не обязательно... Так вот, этот самый Северин С. А. обратился к тебе как представителю органов правопорядка со следующим сообщением. Покойный ныне Блумов Б.Ф. пригласил его, Северина, к себе в офис (чему имеется тьма свидетелей), чтобы попросить в качестве частного детектива провести кое-какие исследования. Среди прочего он, Блумов, обмолвился, что опасается покушения на свою жизнь и что по некоторым полученным им из конфиденциальных источников сведениям угроза его жизни может исходить от некого уголовника по кличке Мойва. Не считая

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.