Библиотека

Столица для Поводыря стр. 167

Размер шрифта
-
+
Тема

так чего же опасается Томский амбань? Зачем крепость с пушками и целая армия кавалеристов? Это он, как я понял, о казаках. Хотел уже было сесть писать ему ехидный ответ. Что-нибудь вроде того, что, мол, у вас в Синьдзяне такая каша варится, что брызги кипятка и до нас долетают… А потом Герочка, коварно так, поинтересовался – а не намерен ли я здесь в Сибири еще и МИД империи заменить? И если вдруг – да, так где у меня тут двери, чтоб он мог сойти с этого сумасшедшего носителя…

Улясютайский наместник был более лаконичен. Просто, и даже не слишком любезно, извещал меня, что царь Высокого государства разрешил, в порядке личной инициативы, торговать с осажденными в Кульдже циньскими властями. А потому, предлагал мне немедленно оповестить торговых людей своей губернии, что в столице Илийского края достаточно чая, шелка и серебра, чтоб вызвать интерес купцов. Китайцы же заинтересованы в поставках продовольствия, пороха и оружия. В случае же, если достаточно отважных и предприимчивых торговцев у нас не сыщется, наместник сообщал о возможности отправки караванов в Синьдзян из Монголии. Видно в Кульдже дела обстояли настолько плохо, что маньчжуры были готовы даже заплатить двойную таможенную пошлину, только чтоб не допустить падения осажденной повстанцами цитадели.

И только последним абзацем, буквально в двух словах, цзянь-цзунь сообщал, что Пекинское правительство официально разрешило торговлю китайских подданных в свободной экономической зоне в урочище Бураты.

Пока изучал послания, пока обдумывал куда переслать эти документы – в Омск или сразу в столицу, и что бы этакого написать в сопроводительной записке, бессознательно крутил в руках подарок томской юродивой. И очень удивился, когда один из купцов вдруг залопотал, за-лянькал и за-ханькал что-то по своему, указывая пальцем на поблескивающий у меня в ладошке опал.

— Уважаемый Сяй говорит, что лишь сильный человек может владеть таким камнем, — заторопился переводить похожий больше на татарина, чем на китайца толмач. — Иными камень владеет

сам! По древней легенде, такая драгоценность даже однажды спасла Китай.

— Очень интересно, — равнодушно выговорил я, досадуя, что пожилой торговец оторвал меня от размышлений.

— Уважаемый Сяй говорит, что осажденные в последнем оплоте китайцы подарили такой камень предводителю завоевателей, и тот больше так и не смог оторвать взгляд от волшебного мира, заключенного в драгоценности. Его армия была разбита, а он сам умер от голода.

— Могу отправить его предводителю бандитов, что ныне стоят под стенами Кульджи, — хмыкнул я. — Только сомнение в эффективности такого способа вести войну останавливает меня.

Глава делегации снова заговорил, и вскоре я услышал перевод.

— Уважаемый Сяй опечален. Он говорит, что теперь другая война и другие камни. И если эта драгоценная вещь – единственное, чем Высокое государство готово помочь несчастным обитателям Кульджи, то они уже обречены.

— Другое время, другая война, — кивнул я. — Только люди – все те же.

Глава 12

Семнадцать мгновений зимы

Полностью готовый всеподданнейший отчет все равно продолжал называться черновиком. Потому что с января месяца порядок подачи такого типа документов был в империи изменен. Теперь, прежде чем размноженные на копии попадут на столы государя императора, наследника и председателя Комитета министров, бумаги обязан был просмотреть и внести правки генерал-губернатор. Мне в общем-то было все едино, только так случилось, что к

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.