Библиотека

Странный рыцарь Священной книги стр. 142

Размер шрифта
-
+
Тема

Вентадорн. Послан папой завладеть вашей Священной книгой.

Пэйр побелел и ссутулился, словно ему стало плохо. И еле слышно произнес:

— Ты знаешь о Книге…

Я сказал:

— Я знаю все.

И вынул из-за пазухи свиток с папской печатью. Вынул и свернутый лист пергамента.

— Это послание папы Иннокентия III царю Борилу. А это пергамент, что принес ваш голубь. Игра проиграна, Пэйр.

Он долго молчал, дышал медленно, глубоко — пытался взять себя в руки. Он был певцом, но с сердцем воина. И, наконец, сказал:

— Игра?.. Это не игра.

И снова погрузился в тяжелое молчание. Молчал и я. Он заговорил первым:

— Известно ли тебе, что значит для нас Священная книга?

Я ответил:

— Известно. Папа дает мне за нее пять тысяч золотых венецианских дукатов.

Он нашел в себе силы засмеяться, но смех этот был похож на рыдание.

— Пять тысяч дукатов… За Слово апостола Иоанна. Но коль скоро Спаситель был продан за тридцать сребреников…

Я сказал на это:

— Пэйр, ты умный человек. Ты изучал труды греческих мыслителей. Читал арабские рукописи. Ваше Пятое Евангелие написано попом по имени Богомил — а, может, это вы назвали его милым Богу. Два с половиной столетия назад, во времена болгарского царя Петра, Симеонова сына.

Он сказал мне:

— А ты не читал Четвертого

Евангелия. Там, в конце, Спаситель говорит апостолу Петру, когда тот вопрошает о судьбе апостола Иоанна: «Господи, а что станется с ним?» И Спаситель ответствует: «Если я хочу, чтобы он пребыл, пока прииду, что тебе до того?» Еще в ту пору распространилось среди всех братьев это слово, что не умрет тот ученик, покуда не возвратится Иисус. Анри, — впервые назвал он меня по имени, — Иисус еще не возвратился. И апостол Иоанн еще жив.

Что мог я сказать ему? Человеку, верящему, что апостол Иоанн живет тысячу двести лет? Вера оттого и вера, что не подвластна разуму. Помолчав, Пэйр сказал:

— Ты мне отвратителен.

Быть может, он сказал это так, не думая о последствиях, как дитя, каким он, в сущности, и оставался. А, возможно, хотел обидеть меня, ранить, даже вызвать на бой. Он, трубадур с лютней, против меня — воина, чей меч пронзил, самое малое, десяток сердец. Я ничего не ответил ему, а он повторил:

— Ты мне отвратителен.

И добавил:

— Ты и все римские лжехристиане.

Я сказал:

— Для Рима лжехристиане вы, еретики.

Он сказал:

— Анри, Анри, неужто слеп ты? Христос проповедывал бедность, паписты погрязли в золоте. Христос велел прощать и не убивать, а римская церковь преследует, истязает, убивает во имя Христово.

Тогда я сказал:

— Я думаю так же, как ты.

Он повернул ко мне белое, как мел, вмиг постаревшее лицо — рот провалился, глаза погасли. И посмотрел на меня с недоверием — но, словно бы, и с надеждой. Я повторил:

— Да, я думаю так же, как ты.

Он спросил:

— Тогда… зачем ты служишь папе?

Я ответил якобы небрежно, но сам расслышал звучавшую в голосе горечь:

— Ты сам сказал — паписты погрязли в золоте. Папа хорошо платит.

Пэйр презрительно обронил:

— Ты — наемник…

Я громко вздохнул: подобные разговоры не забавляли меня и, помимо прочего, были пустой тратой времени. И потому сказал:

— А мне отвратительна уверенность фанатиков в

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.