Библиотека

Странный рыцарь Священной книги стр. 198

Размер шрифта
-
+
Тема

Слово лишь в памяти живых людей — таких, как Лада? Баронесса куталась в длинные свои одежды и все же дрожала от холода. Мне показалось, что она обрадовалась, отдав мне Книгу — она освобождалась от нее. Лада стояла рядом со мной — она даже не взглянула на свиток. Баронесса сказала:

— Я посмотрела, но ничего не поняла. Правда ли, что с ее помощью можно призвать дьявола?

Я покачал головой: нет, неправда. И в тот же миг подумал — а не призывает ли и впрямь эта Книга слуг зла? Не приманивает ли их, как огонь — хищников? И не могут ли они причинить ей зло — как мошкара, слетаясь к зажженной свече, способна загасить ее пламя? А приблизившись вплотную к ней — сгорает. Была ли Священная книга нетленной?

Я посмотрел на баронессу. Не знал, в какие слова облечь свою просьбу. Сказать ли «Молю тебя» или… Не помню, когда в последний раз молил я кого-нибудь — кроме Бога. И я сказал:

— Пригласи Доминиканца в замок. Мы должны уйти незамеченными.

Она задумалась. Потом сказала:

— Помнишь, что сказала я монаху? Что когда человек умирает, с ним умирают и его устремления.

Да, я помнил кувшин, что упал и разбился, забрызгав нам ноги красным вином. Лады при

этом не было. Теперь она вдруг проговорила:

— Не убивай его. Пусти слух, что он чумной. Пусть разбегутся люди его. Пусть останется один-одинешенек. Может, тогда задумается о содеянном им зле.

Баронесса едва заметно приподняла брови и с удивлением оглядела Ладу.

4

Конские копыта процокали по бревнам навесного моста. Мы с Ладой покидали замок Отервиль. На груди у меня, под кольчугой, плотно к телу была привязана Священная книга. Лада везла с собой клетку с двумя голубями. Влад дал ее ей, чтобы она выпустила их, когда мы найдем новый приют.

По обеим сторонам моста возвышались две башни. На площадке правой башни стоял Влад, поддерживаемый двумя рослыми мужчинами и баронессой. Над головами их вились встревоженные голуби, а голуби в клетке Лады били крыльями. Ветер трепал флажки с изображением вепря на копьях стражей, которые будто стерегли нового барона, чтобы он не рванулся к нам. Из бойницы левой башни провожал нас взглядом бледный Доминиканец. На площадке этой башни развевались два лоскута — красный и черный. Монах внезапно заболел — баронесса сказала нам, что лицо его покрылось красными пятнами. Его заперли в нашу келью и все его вещи сожгли. Люди его разбежались. Баронесса говорила, что опасается, не чума ли это. Не ровен час могли и ее замок поджечь… Но внешне она не проявляла никакого беспокойства. Доминиканец недооценил ее.

Двое мужчин забивали крест накрест досками дверь башни Доминиканца. Удары молотов сыпались, как комья земли на гроб. Белое лицо монаха вжималось в решетку.

Я отвернулся. Первый хранитель Священной книги умер как раб, второй провожал ее бароном. Какую участь приготовила Книга Ладе и мне?

Спустя много лет я вернулся в замок Отервиль и нашел могилу Влада. В семейном склепе баронов Д’Отервилей высился огромный саркофаг из полированного серого гранита. Последний барон Д’Отервиль лежал, изваянный в мраморе, на крышке саркофага. В скрещенных на груди руках зеленел покрывшийся патиной медный свиток. Изображение Священной книги.

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.