Библиотека

Странный рыцарь Священной книги стр. 69

Размер шрифта
-
+
Тема

Это был Влад. Он подошел так тихо, что я даже не заметил. Либо я уже старел, либо он умел двигаться неслышно и ловко, как змея. Неподалеку, закрывшись с головой, лежала Лада, — она не знала, что крики стервятников и вой шакалов уже стихли. Влад сказал:

— Это к лучшему — пусть не слышит.

И добавил:

— Куда мы пойдем?

Я признался ему:

— Не знаю. Куда ветер подует. По крайней мере, не учуют нас — они ведь могут пуститься в погоню с собаками.

Он подтвердил:

— Да, знаю.

Я посмотрел на него и сказал:

— Не пойду туда, к альбигойцам. Среди них есть предатели.

Влад сказал:

— И я бы не пошел. Слушай — отчего ты остался на этом холме, рядом с палачами? Оттого что знал, что не станут они искать тебя в пасти волка.

Я молча ждал. Он говорил жестко и убежденно, — должно быть, весь день обдумывал, что сказать мне. Но не верил я, что он нашел какой-то выход. Влад сказал:

— Нужно теперь искать другую пасть. Такая есть. Земли барона Д’Отервиля. Они близко. Доминиканец не будет искать нас на земле человека, которого ты убил и чьи доспехи ношу я. Ему не придет в голову, что у нас хватит дерзости и безрассудства, чтобы сунуться в волчью пасть. А мы сунемся — я с вепрем на груди.

Я сказал ему:

— И на следующий день Доминиканец поймет, что мы скрываемся во владениях барона. Он ведь знает, что настоящий барон мертв.

Влад сказал:

— Я и хочу, чтобы он понял. И пустился за мной в погоню.

Я сразу же уловил его мысль. Как только он произнес «за мной». Не «за нами». Точно так же я понял с полуслова и Ясена. Я сказал Владу:

— Не думай о Ясене.

Он сказал:

— Ясен пошел на смерть. Я охотник, Бояне.

Я всмотрелся в него. Смеркалось, лицо Влада тонуло в вечернем сумраке. Он собрался с духом,

чтобы признаться:

— Прежде чем стать богомилом, я был царским ловчим. Охотился вместе с отцом. Совсем молодой был, дитя. Семь медведей уложил рогатиной, вроде твоей. Оленей гонял, как волк. Пока однажды… не раскаялся.

Мне вспомнилась та ночь, когда Ясен убил пирата. Я видел Влада, сражающегося, как дьявол, но думал, что им движет любовь к Книге и ненависть к ее врагам. А он раскаялся в том, что убивал медведей и оленей… Этот мужчина-дитя. Когда же раскаюсь я?

Влад сказал:

— Не подивился ли ты, что я тогда согласился надеть голову дьявола? Каждый год богомилы бросают жребий, кому быть дьяволом. Трудно им. Боятся. Старец возложил на меня огненную корону во искупление грехов.

Я сказал:

— Подумаю.

Влад настаивал:

— Не на заклание иду. Проникнем якобы тайно во владения барона — чтобы выглядело так, будто прячется он, в надежде разведать, что тут творилось в его отсутствие. Только собак подразним — и разбежимся.

Я сказал ему:

— Ты не знаешь этой земли. Не говоришь на языке народа ее.

Влад сказал:

— Горы и леса были мне родным домом. Здесь все деревья и вода такие же, как у нас. Когда Доминиканец примется искать меня, я стану водить его за собой три дня, а потом спешусь. Прогоню своего коня, и когда они

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.