Библиотека

Таблетка стр. 366

Размер шрифта
-
+
Тема

что не должна никому рассказывать. Это была наша с дедушкой тайна. Я понемногу взрослела, оформлялась как подросток. А наши с дедушкой встречи наедине продолжались. У нас были свои секретные имена для этого. И не то чтобы какое-нибудь банальное «пчела» и «цветочек», или даже «раковина» и «моллюск». Он называл это «олень наклоняется, чтобы испить воды из хрустального источника» или «лунный луч пробирается в облака». Дедушка был по натуре художником. Кажется, он увлекался классической китайской поэзией. Да, сначала я просто терпела. Но со временем у меня появились определённые ощущения. Мне стало нравиться это. Я была замкнутым ребёнком, мало общалась со сверстниками. Я спешила из школы к дедушке. Молча входила в его комнату и садилась на старое потёртое кресло. А он весело расспрашивал меня об уроках, а сам устраивался на полу передо мной, поднимал мою юбку и стягивал трусики на пол. А потом олень припадал к источнику. Он пил из родника долго, полчаса, иногда час. Если нам никто не мешал. А нам некому было мешать. Родители возвращались поздно. Жены у него не было. Бабушка умерла давно, я её совсем не помню. И вот он вылизывал мою промежность, на которой ещё и волосики не росли, а я гладила его седую голову. Совсем как взрослая. Ничего другого он со мной не делал. Я не знаю, может, у него не стоял его член, а может, он боялся причинить мне боль или испугать. Но он никогда не просил меня. в общем, ты понимаешь.

– И. чем всё закончилось?

– Ничем. Дедушка умер. Для меня это было и остаётся самым большим горем в моей жизни. Я помню, гроб с его телом стоял сначала в нашей квартире. В той самой комнате, где он раньше жил и где мы с ним занимались любовью. Приехал катафалк, гроб накрыли крышкой и

повезли на кладбище. Там, на кладбище, перед вырытой могилой, крышку сняли, чтобы родственники смогли проститься с покойным. Так вот, видимо, подбородок плохо подвязали… а гроб тащили по лестнице с четвёртого этажа… и в катафалке трясло. В общем, когда открыли гроб, я увидела, а я стояла рядом, ближе всех. его челюсть съехала набок, и изо рта вывалился длинный, фиолетовый язык. Тот самый язык, которым. у меня свело судорогой ноги, и я потеряла сознание. Все подумали, что это от горя и от ужасного вида мертвеца, но дело было совсем в другом.

Над столиком повисло молчание. Богиня подняла стопку с шестым коктейлем и выпила его весь, не останавливаясь.

– Ты думаешь, что я извращенка?

– Я думаю, что самое большое извращение – это быть тем, кого называют «нормальный человек». Вставать по утрам, бриться или накладывать на лицо косметику, идти в офис, целый день работать, набивать холодильник и опустошать его, смотреть телевизор по вечерам. Люди, которые так живут, – настоящие серийные маньяки. Вот что я думаю.

Максимус поднял свой шестой коктейль и выпил его тоже залпом.

На улице Максимус нежно обнял Майю, и она доверчиво склонила свою голову к нему на плечо. От избытка чувств, переполнявших сердце Мак-симуса, из его глаз чуть не потекли слёзы. Он по-

думал, что жалость – это и есть любовь по-русски.

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.