Библиотека

Тайники партизанских троп стр. 105

Размер шрифта
-
+
Тема

успокоил парня Глушак. – Показалось. Идём дальше.

– Идём.

Почему-то в последнее время Матвею Прокопьичу стали вспоминаться чекисты, которые приглашали его посодействовать с выбором точек для оборудования схронов. Он понимал, что это военная тайна и даже думать об той работе лишний раз не желательно, тем не менее в голове нет-нет да и возникали вопросы о том, оправдают или нет себя эти тайники? Интересно бы знать, что думает по этому поводу сам начальник управления Кондратюк или его помощник Мальков? Интересно, где они сейчас? Впрочем, где ж им быть как не на своём месте? Несут службу, решают свои вопросы. Как говорится, каждому своё.

* * *

Евсейка встал на еле заметную в лишайниковом ельнике тропу и двинулся дальше. По пути попадались следы белки, по берегу набегала выдра. Одинокий след лося спускался по гривке пихтача к воде и уходил на другую сторону. Следы куницы пока не попадались. Ничего! Шишка на елях уродилась – значит, скоро придет основная белка, а за ней подтянется и куница. Часа через четыре, уже за километр до избушки, встретилась мне свежая жировка белки. Стукнул топором по стволу ели, и белка тут же обнаружила себя, перепрыгнув на соседнее деревце. Зацокала, засуетилась, недовольно перебирая лапками по ветке. Выстрел прозвучал неожиданно громко и отозвался эхом по реке. Белка серым комочком, цепляясь за ветки, упала в снег. Начало есть! Сунул добычу в карман рюкзака и заторопился дальше по путику. Он помнил наставление дядя Матвея о том, что главное – успеть проверить все плашки и капканы. Это несколько километров таёжной тропы. Погода, действительно, начинала портиться. Хиус на открытых местах усилился, переходя в ветер. Небо совсем заморочало, изредка в воздухе пролетали колючие снежинки.

«Быть метели», – с тревогой подумал Евсейка, надо поторапливаться, чтобы до сумерек успеть вернуться в зимовьё.

Прошло ещё какое-то время. Молодой промысловик начинал ощущать усталость в ногах, спине. Поняга его, наполненная тушками пушных зверьков, всё больше тяжелела. В воздухе белыми осами кружили на ветру острыми льдинками перемерзающие на ветру снежинки.

«Всё. Надо возвращаться», – решительно подумал Евсейка, приближаясь к завершающим плашкам. Позади им был проделан большой круг по путику. Оставалось срезать дорогу до зимовья через пологую сопочку. Чтобы не идти по косогору, надо дойти до ближнего перевала, до которого с километр пути. Вдруг Евсейка отчётливо уловил запах дыма. Откуда он здесь? Промысловики из бригады дядя Никифора далеко отсюда. Здесь человека быть не должно. Но явно пахло дымом. И доносился он справа от чащи леса, когда-то поваленного ураганом в сильную бурю. Евсейка приостановился, вглядываясь сквозь полуметельную мглу в сторону бурелома и втягивая носом холодный воздух. Где-то либо горел костёр, либо дымила печка в неведомой зимовейке. Парень стянул с плеч тугую понягу, положил на тропе у дерева. Крепко сжав за цевьё тозовку, решил немного пройти до сваленного бурелома. Там, под корневищами, могла находиться лишь берлога медведя, но никак не убежище человека.

Евсейка медленно пошёл в сторону поваленных деревьев, оставляя в снегу глубокие следы. Издали бурелом казался сплошной тёмной массой. Вместо медвежьей берлоги за вывороченными корневищами когда-то рухнувшего громадного дерева угадывалась мало-мальская землянка. Из маленькой трубы вился дымок. От неожиданности у парня всё замерло внутри, сильно забилось сердце, а

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.