Темная гора стр. 82
лишь цветами увитые палки и светильников плошки.
Старец воздел свиток над головой и торжественно провозгласил нечто хрустящей речью, в которой Одиссей и его спутники не узнали ни слова. Правда, вздрогнула вдруг Калипсо, сверкнула гневно глазами, но промолчала.
Хоть и были слова непонятны, но угрозы в них не было — это все поняли сразу.
Базилей перепрыгнул через узкую щель между судном и причалом, поднял приветственно руку.
— Я и люди мои к вам прибыли с миром, — сказал он учтиво. — Злых умыслов нет ни у кого. Если окажете помощь, благодарность богов вам в награду, и наша за ней воспоследует тоже. Если нет —
отпустите нас в плавание дальше.
Старец склонил голову и прислушивался к словам Одиссея с растерянной улыбкой. Затем он указал на судно и что-то спросил. Базилей проследил за его жестом и ответил:
— Ты прав, почтенный старик, это и впрямь предивное судно. Только ваша плавающая гора еще диковинней!
Заморгав глазами, старец сунул свиток под мышку и коротко бросил несколько слов деве, что рядом стояла. Та быстро удалилась в глубь причала, и вскоре огонек ее светильника исчез в темноте.
— Может, и нам — сойти с корабля? — спросил негромко Арет базилея.
— Успеется! — не оборачиваясь отозвался Одиссей.
— А то хорошо бы скрутить их, — продолжал бормотать Арет, — они, смотрю, без оружия, а девок с собой увезем, продадим пафлагонцам…
Полит вертел головой во все стороны, но видел лишь мрачные, в потеках, стены и темные своды. Под сводами угадывались небольшие круглые отверстия, в которых ничего нельзя было разглядеть, но скорее всего оттуда в путников были направлены острые стрелы — вряд ли Арету удалось бы заполучить здесь легкую добычу. Место это не было похоже на обитель богов, разве что небожители захотели подшутить над странниками. Здесь не то что богам, но людям жить не пристало. Потом он обратил внимание на дев, что стояли на пристани, и мнение свое изменил. Пышногрудые, крутобедрые, стройные, в коротких туниках, они с любопытством разглядывали гостей, а одна, с длинными светлыми волосами, собранными в два пучка, подмигнула Политу.
Показались огоньки — это вернулась посланница, а с ней еще один старец. Его борода была короче, чем у встречавшего, но голову украшала повязка.
— Кто мне наконец скажет, где мы и что происходит? — раскатился под сводами хриплый голос Ахеменида.
Старик с повязкой вслушался в его речь, кивнул и, опустив свой светильник к ногам, заговорил на чистейшем койне:
— Приветствую вас, путники, обретшие гавань. Радуйтесь, ахейцы, ибо здесь вы найдете пищу и приют. Имя мое — Родот.
— Я — царь Итаки, имя мое Одиссей, сын Лаэрта, — ответил ему базилей.
Полит увидел, как отшатнулся старец Родот, в изумлении руки воздев.
— Неужели сам Одиссей к нам приплыл!.- вскричал он, а потом сказал что-то на своем языке непонятном старцу со свитком.
Тот не стал воздевать рук, лишь покачал головой, засмеялся и, повернувшись, ушел в глубину темную, а за ним последовали, к большому огорчению Полита, и девы со светильниками.
— Встреча такая пристала древним царям Посейдонии, судном которого вы завладели хитростью или же силой, — пояснил Родот, заметив взгляд Одиссея. — Мы же сочли, что вернулись древние государи. Ошиблись, конечно, но что может быть глупее надежды пустой!
— Не