Библиотека

Темные искусства стр. 5

Размер шрифта
-
+
Тема

мочу, что я сбываю тебе для продажи.

Мэри подмигнула ей.

— Я вам принесу односолодовый с винокурни Макгреев. Они свое дело знают, — направившись в кладовку, Мэри бросила на Макгрея заговорщицкий взгляд.

Он не оценил ее веселость.

— Не хочу показаться грубым, дорогуша, — сказал он, — но пора бы вам отвалить.

— О! Ты очень занят, мальчик мой?

— Ага. Ногти сраные полирую, не видно, что ли?

Один из пропойц хохотнул:

— Ну, теперь-то побыстрее дело пойдет!

Макгрей проглотил остатки своего виски и метнул в мужлана стакан. Он попал тому прямо промеж глаз и разбился вдребезги. Пьянчуга взвыл, вскочил и попытался сжать ладонь в кулак, но затем

споткнулся, зашатался и посмотрел на свою руку, словно впервые ее увидел. Он грубо выругался и, покачиваясь, побрел на выход.

— Адольфус! — процедила Мэри, возвращаясь с непочатой бутылкой. — Это третий за сегодня постоянный клиент, которого ты спугнул! Он мог бы еще бутылку прикончить!

— Уверена, что мой заказ покроет эти потери, моя дорогая, — сказала Катерина, наливая себе щедрую порцию виски. — И обещаю тебе, что этого-то не спугну.

— Вот-вот спугнете, — ощерился Макгрей.

Мэри стиснула его руку.

— Я на минутку отойду, Адольфус. Послушай мадам Катерину, — с этими словами она поспешила в кладовку, явно сговорившись с пышногрудой цыганкой.

Макгрей вздохнул.

— Какого черта вам надо?

Он переплел пальцы. Совсем недавно ему сняли повязку, но швы на обрубке пальца, отсеченного его сестрой, все еще являли собой жуткое зрелище.

— Безымянный, на правой руке, — произнесла цыганка с меланхолией в голосе. — Как и писали в газетах.

— Угу. Рад, что этот не потерял — или вот эти два.

Цыганка улыбнулась.

— Ты мне нравишься. — Она крутанула стакан, втянула запах напитка и сделала большой глоток. Поморщилась. — Ах, и правда приличное пойло!

— Я не любитель спрашивать дважды. Какого черта вам?…

— Я верю тебе, мальчик мой.

Макгрей поднял взгляд, в котором отразился свет очага — голубые глаза вспыхнули янтарем.

— Не играйте со мной, — пригрозил он, положив ладонь на стол и медленно сжав ее в кулак. — Я повидал достаточно шарлатанов вроде вас. Плутуете и врете ради пущих грошей.

— Не равняй меня с ними, мальчик. Я очень сочувствую твоему горю.

— Да вам-то какое дело?

Она криво улыбнулась.

— Я знаю, каково это. Я потеряла родителей, когда была совсем мала. Тебе еще повезло.

— Повезло! Да уж.

— Ты крепок, у тебя есть дом и винокурни… — она втянула аромат напитка. — У меня ничего такого не было. Я была нищенкой со странным акцентом, одна-одинешенька. За буханку плесневелого хлеба или ночь под крышей платила сам понимаешь чем. Иногда…

Она умолкла, словно проглотив слова, которые собиралась произнести. Она сделала большой глоток и прокашлялась.

— Но я пробилась. Я больше не потерянная, беспомощная девчонка и никогда больше ею не буду. Поверь, я здесь не для того, чтобы попрошайничать или нажиться на твоем горе. Я готова помочь, пусть даже никто не помог мне, когда я оказалась на улице.

Макгрей скривился — то ли сочувственно, то ли раздраженно. Цыганка улыбнулась, заметив проблеск сопереживания. Вот он, ее шанс — трещина в скорлупе этого юноши.

— Ты ведь кое-что увидел, — прошептала она, и ее голос вводил в транс, как шипение змеи. — То, чему не можешь найти объяснения… Тебя даже посещала мысль, что

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.