Тихая жизнь Киберпанк 2077 стр. 6
Круз наклонился вперед, его интерес стал почти осязаемым.
«Фасцинирующе. Значит, не слияние личностей, а скорее… параллельное существование. Конкуренция за нейронные ресурсы. Как две операционные системы на одном железе. Вы ощущали переключение?»Я вспомнил внезапные провалы, моменты, когда мир плыл, а потом я приходил в себя с сигаретой в руке и вкусом текилы на губах, которых не пил.
«Переключение? Да. Но не как щелчок выключателем. Это было… как шторм в голове. Сначала накатывало отвращение, гнев, чужая память. Потом всё плыло. А потом… я уже смотрел на мир его глазами. Или он смотрел моими. Разницы уже не было.»«И контроль?» — не отступал Круз. «Какой контроль? — горько рассмеялся я. — Контроль был у биочипа. Он и решал, кому сегодня рулить. А триггером было… всё. Стресс. Боль. Ярость. Страх. Любая сильная эмоция была для него кнопкой «старт». Как у людей с… как там это… раздвоением личности.»«Диссоциативное расстройство идентичности, — мгновенно поправил Круз. — И ваша аналогия поразительно точна. Алгоритм «Релика», по сути, искусственно создал устойчивое диссоциативное состояние. Он не стирал вас, Ви. Он выращивал рядом с вашей нейросетью — вторую, параллельную. И управлял «коктейлем» нейромедиаторов в вашем мозгу, чтобы активировать ту или иную. Псевдоэндотризины, омега-блокаторы… они были не просто лекарствами. Они были инструментами этого переключения.»Его слова падали, как ледяные глыбы, в тишину кабинета. Он говорил о моем кошмаре на языке лабораторных отчетов. И в этом было что-то чудовищное.
«А в конце? — тихо спросил Круз. — Когда вы общались уже… как две отдельные личности. Это был внутренний диалог? Как с… тульпой, если вам знаком термин?»«Тульпой? — я фыркнул. — Нет, он был слишком реален, чтобы быть выдумкой. И слишком упрям, чтобы быть просто голосом совести. Это был диалог. Спор. Иногда — крик. Он был отделен от меня. Со своими воспоминаниями, своей болью, своим едким хулиганским юмором. Но при этом он жил в моем мозгу. Питался моими воспоминаниями. И постепенно… что-то в нем становилось моим. А что-то во мне — его.»Я посмотрел на свои руки. Руки, которые больше никогда не почувствуют молниеносной легкости кибер-усиления.
«Ощущение «Я»… это был последний бастион, доктор. И он рухнул. В самом конце мы уже не знали, где заканчивается он и начинаюсь я. И простили друг друга не потому, что стали друзьями. А потому, что стали… одним целым. Или почти одним.»Круз сделал паузу, делая заметки на своем сланце. Его лицо светилось холодным профессиональным удовлетворением.
«Блестяще, Ви. Вы подтверждаете наши самые смелые гипотезы. Конкуренция когнитивных структур… Плавное переключение между устойчивыми состояниями нейросети… Ваш мозг совершил невозможное — он временно стал хостом для двух полноценных сознаний, не разрушившись полностью. Это… бесценные данные.»Я откинулся в кресле, чувствуя пустоту. Я только что вывернул наизнанку самые интимные, самые болезненные моменты своей жизни. И превратил их в «бесценные данные» для корпорации.
«Реабилитация» продолжалась. День сурка. Я выздоравливал. Я становился идеальным, здоровым, безобидным архивом. И с каждым днем призрак