Библиотека

Тропа Кайманова стр. 194

Размер шрифта
-
+
Тема

что зайчик вспыхивает в разных местах, иногда движется. Ичан до того напрягал зрение, что ему временами казалось, будто он видит рядом с этим зайчиком зеленую фуражку.

Совсем уже теряясь в догадках, что бы это такое значило, Ичан заметил, что отблеск солнца сияет не ровным светом, а прерывистым, как будто кто-то передает световым прибором азбуку Морзе. Как жалел сейчас Ичан, что не знал эту азбуку! Он бы тоже нашел способ просигналить неизвестному другу о том, как ему необходима помощь.

Но вот как-то вместо одного отблеска он увидел два рядом. «Бинокль!» Значит, там военные, — может быть, кто-либо из частей охраны порядка...

Ичан лихорадочно искал способ сообщить неизвестному наблюдателю, что он здесь не по доброй воле, а содержится под стражей, как узник.

С сильно бьющимся сердцем, решив, будь что будет, Ичан взял ковш и на глинобитной утоптанной площадке, черпая воду из арыка и пуская ее тонкой струей, вывел четыре коротких слова: «Я Ичан Гюньдогды. Помогите».

Со страхом он оглядывался по сторонам, но как будто никто не видел его сигнал: страж, присматривавший за ним, то ли отлучился, то ли был чем-то занят. Ичан для верности выждал время, чтобы надпись наверняка мог прочитать человек, сидевший на горе с биноклем, затем всю площадку окатил водой.

К его ужасу, на том месте, где только что поблескивали стекла бинокля, показалась фигура грузно взбиравшегося на лошадь одного из телохранителей Фаратхана.

Не прошло и часа, как Ичана вызвали к Мереду Сунаит-оглы. Из-под тяжелых век гневно блеснули темные глаза главного слуги Фаратхана.

— То, что тебя зовут Ичан, — медленно проговорил Меред, — мы давно знаем, а другие никогда не узнают. Но ты нарушил приказ хозяина... Тебе здесь было слишком хорошо: прохладно, сытно, спокойно. Теперь, красная собака, будет плохо...

ГЛАВА ПЯТНАДЦАТАЯНАКАНУНЕ

Несмотря на то что в праздники граница была, как всегда, на усиленной охране и все офицеры предельно заняты, начальник погранвойск приказал полковнику Артамонову прибыть к нему во второй половине дня вместе с Каймановым и следопытом Амангельды.

Провал операции с Чары Ильясом, два нераскрытых преступления, направляемых, видимо, одной и той же рукой, появление следов Мордовцева в ауле Карахар и на Дауганском кладбище, объявившийся какой-то мулла или ишан, способный объединить и организовать отребье из дезертиров и уголовников, скрывающихся в пустыне, пленение Ичана и Дурсун Фаратханом — все это очень беспокоило командование, требуя самых неотложных и решительных мер.

Яков понимал, что от него потребуются конкретные предложения, как организовать поиск, поэтому тщательно обдумал, что он будет говорить генералу. Павловский подвез Светлану и Балакеши почти к самому парку Махтума-Кули, где размещался госпиталь. Оттуда они должны были идти в обком и, как предполагал Кайманов, снова возвратиться в парк, где Яков надеялся сегодня еще раз увидеть Светлану.

А пока им надлежало немедленно, прямо с разгрузочной площадки ехать в штаб округа.

Яков много раз встречался с начальником войск и при каждой встрече почти физически ощущал, какой груз ответственности лежит на старших офицерах погранокруга. Но, с другой стороны, знал, насколько зависит выполнение боевых задач, поставленных перед округом, от работы и опыта не только офицеров комендатур и начальников застав, но и каждого сержанта, ефрейтора, солдата.

Думал Яков и о

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.