Тропа Кайманова стр. 382
— Не знаю, зачем это надо было Фаратхану с Клычханом, — сказал Ашир, — но они на то и рассчитывали, чтобы ты перешел гулили... Не думаешь же ты, что шакалы Клычхана не выследят нас в этом гавахе?
— Не знаю, что теперь делать, Ашир-ага, — честно признался Ичан.
Ашир пошевелил затухающие угли палкой, поправил тунчу с закипающим чаем, рассудительно сказал:
— Если ты кроме убийства совершишь еще девять тягчайших деяний, то все равно остается путь к исправлению. Так учат старики. Здесь тебе не Советы... Порядки по эту сторону Ак-Су я хорошо знаю. У твоей Дурсун руки золотые, сама красавица — возьмут ее себе или продадут кому-нибудь шакалы Клычхана, и не увидишь ее больше. А тебя в какой-нибудь яме сгноят...
— Так что же ты мне советуешь, Ашир-ага? — уже в полном отчаянии спросил Ичан.
— Что я могу советовать, дорогой Ичан?.. Люди говорят, чем дальше идешь по неверной дороге, тем дольше придется возвращаться. Надо тебе брать Дурсун, идти к себе домой, на ту сторону, — там тебя лучше поймут.
— Меня же расстреляют! Время-то военное, — упавшим голосом проговорил Ичан. — За одно то, что границу перешел, да еще по доносу Тангры-Берды...
— Не расстреляют! Бери Дурсун и, пока не поздно, возвращайся к своим, — повторил Ашир. — Чем скорей обратно перейдешь, тем меньше накажут. А здесь пропадешь совсем и Дурсун свою не увидишь...
Ичан задумался, не видя для себя никакого выхода. Возвращаться домой было все равно что самому идти под арест и отвечать на вопросы следователя, на которые он не знал ответов. Оставаться здесь — Ашир правильно сказал, — отберут Дурсун, а самого сгноят на рудниках или в тюрьме.
Что ж такого он сделал в жизни, что его так немилостиво и так без надежды на избавление от тягот карает аллах?
Старший лейтенант Бердыев прибыл из отряда на Лоук-Секирскую комендатуру спустя полчаса после того, как стало известно о нарушении границы.
Кайманову сейчас очень нужен был именно такой человек: хорошо знающий местных, пользующийся у них неограниченным авторитетом, способный проследить родственные связи каждого по обе стороны рубежа.
Сопредельная территория контролируется нашими войсками, и пограничная полоса на участке Лоук-Секира еще может быть в поле зрения отряда полковника Артамонова. А что, если Ичан, не задерживаясь в погранзоне, уйдет в глубь территории Ирана? Тогда возникнут такие осложнения с иранскими властями охраны порядка, что те будут вправе как угодно расценивать поиски этого нарушителя границы.
В канцелярии Лоук-Секирской комендатуры, к которой примыкала резервная застава, собрались майор Тимошин, старший лейтенант Харитонов, секретарь Лоук-Секирского райкома Ходжа-Нури, старший лейтенант Бердыев и Яков Кайманов.
Якову было ясно, все зависит не от того, как поведет дело майор Тимошин, которому здесь мало что известно, а от представителя штаба отряда Бердыева. Можно было лишь удивляться, как быстро он сумел получить информацию о том, куда, к кому и почему перешел границу Ичан.
— На сопредельной стороне, в Лоук-Секирской долине за Ак-Су, месяц назад появился, как мне стало известно, — сказал Бердыев, — некий Ашир из того закордонного городка, что напротив нашего Даугана. Мне также сообщили, что к Аширу всего неделю назад прибыла Дурсун — дочь